Причалы любви. Книга вторая

– Ну что же, тогда к делу… Я хочу сказать, что поднимаем мы сегодня эти бокалы не только потому, что имеем удовольствие видеть этого молодого человека, – Сергей Сергеевич кивнул в сторону Славика, – хотя, конечно же, видеть нам его приятно. Мы поднимаем бокалы за тебя, Вячеслав, еще и потому, что приказом министра здравоохранения тебе объявлена благодарность за смелость и профессиональную находчивость в исключительно сложной пожарной обстановке.

– Славка! – вскочила Светлана, но тут же и села под сердитым взглядом отца.

– Я не скрою, мне было приятно получить это известие, – продолжал Сергей Сергеевич, – которое, как и для вас сейчас, явилось для меня полнейшей неожиданностью… Поздравляю и спасибо тебе, сын, за такой сюрприз!

Все потянулись с бокалами к Вячеславу, говоря ему что-то одобрительное, а он едва слышал их, потому что приказ министра и для него был не меньшей неожиданностью.

– Ох, Славка, хитрюга, – погрозила пальцем Светлана, – хоть бы намекнул одним словечком.

– Молодец, брат, – одобрил Борис, – рад за тебя…

Потом закусывали, и Сергей Сергеевич строго спросил:

– Кто готовил салат?

Анна Ивановна растерялась и не сразу нашлась с ответом.

– Или его готовый из магазина принесли? – настаивал Сергей Сергеевич.

– Нет, – смущенно ответила Лена, – не принесли, это я готовила…

– Хороший салат, – похвалил профессор, – да только вот – влюбилась, что ли?

– Неужели? – Лена еще более смутилась и вдруг густо покраснела, даже кончики тонких красивых ушей ее обдало жаром, и получилось так, что все это заметили и все тут же постарались сделать вид, что ничего особенного не произошло, что за их столом все идет нормально, и лишь Вика удивленно спросила:

– Мама, почему ты такая красная? У тебя головка болит, да?

И сразу три человека бросились спасать ситуацию.

– Я был сегодня у Андрея, – начал Вячеслав.

– Там у нас чай еще не кипит? – поднялась из-за стола Анна Ивановна.

– Я сегодня такие босоножки видела… – сообщила Валентина. – Просто закачаешься!

Поскольку сказано было все это в одно и то же время, все трое одновременно и умолкли, уступая право говорить друг другу, но выручила всех опять-таки Вика.

– Дедушка, – громко крикнула она, – а у тебя на щеке капустка!

– Разве? – профессор смущенно обмахнулся салфеткой, но тут же и засмеялся. – Это не капуста, Вика, а лейкопластырь.

– Зачем он тебе?

– Я брился и порезался.

– Тебе было больно?

– Вика, ты уже поела? – вмешалась Лена.