Не сердите толстяка

Присев рядом с кроватью улыбнулась и погладила ладошкой по щеке:

– Ну как себя чувствуешь?

– Да нормально, бабуль, хоть сейчас по девкам! – радостно скалюсь.

– Не-не… – машет на меня руками, – забудь пока про девок. Хотя, – ехидная улыбка тронула губы, – если будешь соблюдать режим лечения, то глядишь через мясяцок… Но никаких ведьм.

Настроение резко стало падать:

– С ведьмами прикольней.

– Ой. Вы посмотрите на него, – всплеснула руками, – а много у тебя ведьм-то было? Ась? Ну, окромя Томки? – и свысока так на меня посмотрела.

И тут же был подвергнут серьёзному допросу. На все возражения, что я больной и почти уже умер, бабка предложила покаяться перед смертью, иначе она меня сама прибьёт. Оно, конечно, не верю, но припомнит и при случае отомстит. А мне оно надо? Так что сами виноваты. Вот нечего было меня совращать телесами своими прикольными. У меня душа добрая, и вообще к телесам неравнодушная. Ишь, взяли моду!!! Невинного меня пользовать.

После первых двух она в принципе только одобрительно покачала головой и заключила:

– Гарные дивчины. Гарные. Это же надо и дочку, и маму оприходовал. Не стыдно мне за тебя, – и как-то горестно так вздохнула: – вот бы дед порадовался.

– А что дед любил гульнуть? – моментально пользуюсь моментом.

– Пока меня не встретил, – всё так же грустно улыбается, – а потом сам понимаешь. У меня не забалуешь. Девки, конечно, вешались: красавец мужчина был.

И скажите мне, вот чего так психовать? А? Вот как будто дракон украл принцессу, а тут я такой красивый – на коне с мечом. Ну и как в сказке – пришёл в пещеру, дал по шее дракону, спас принцессу. Потом выяснилось, что принцессу обесчестил. (Она, между прочим, была не против.) И заодно дракона, хотя он и был против…

– Что? Фира? Да ты совсем охренел, кобелина недоделанный.

– Я не хотел, – тока и успел пискнуть. Бабуля выдернула из-под моей головы подушку и бросила на лицо, но душить, видимо, передумала. Ну, где она себе ещё такого замечательного внука найдёт?

– Она же на кучу лет тебя старше! – ярилась бабка.

– Да ну? Ты серьёзно? Вот бы не подумал, – уверен, в этот момент даже Станиславский бы сказал: «Верю». Жаль, что моя бабка не Станиславский. – Да и вообще.