Путь диких гусей

Кипчаки и булгары должны встать под зеленое знамя пророка Магомета и возродить величие Джучиева улуса! Сибирский народ был и есть единый народ, всегда плативший дань лишь одному хану. Московский царь Иван нам не указ! Его предки получали ярлык на правление из рук моих предков. И так тому быть!

– Быть тому! – снова заорали юзбаши.

Едигир заметил, что многие из них сильно пьяны, и понял, что жить ему осталось совсем ничего. Он повел головой по сторонам и заметил опирающегося на копье справа от себя воина, приведшего его сюда.

Едигир сделал несколько осторожных шажков в его сторону и неожиданно пнул изо всех сил того ногой в живот, выхватил копье из его рук.

– Так быть тому! – громко крикнул он, взмахнув копьем, нацеленным в сторону Кучума. Но бросить ему не удалось. Волосяной аркан опустился сзади на его шею и поверг на землю. Тут же на Едигира навалилось сверху несколько человек, начали пинать, колотить, выламывать руки. Потом все отскочили в стороны, и над ним склонилось злое лицо ханского палача черкеса Мираба.

Он снял с пленного аркан и отступил в сторону. Послышался свист ременного кнута, и тело лежащего Едигира прошила жгучая боль. Удары сыпались с одинаковой последовательностью, пока он не потерял сознание. Потом его облили водой, и он услышал резкий голос Кучума:

– Ты признаешь меня своим правителем?

– Лучше убей, – простонал Едигир.

– Успеешь еще, – ответил тот и скомандовал: – Уберите его. Завтра утром он получит свое. Стеречь, как свою невесту до свадьбы! – кивнул Алтанаю и ушел к себе в шатер.

Едигира потащили обратно на край лагеря, где и бросили, связанного по рукам и ногам, всё возле того же рваного шатра. В лагере слышались радостные крики подгулявших степняков, празднующих свою первую победу на Сибирской земле.

Едигир лежал на спине с открытыми глазами, уставившись в медленно темнеющее осеннее небо и думая о тех, кто остался в Кашлыке. Смогут ли они отразить набег степняков из Бухары? Успеет ли Рябой Hyp известить их? Объединятся ли беки вокруг его брата Бек-Булата? Поможет ли им московский царь Иван?

По всему выходило, что надеяться особо не на кого.

Но Бек-Булат, всегда спокойный и рассудительный, сможет укрепиться в Кашлыке и продержаться до подхода ополчения.

Бек-Булат, его сводный брат, рожденный от женщины кипчакского рода, с детства был хромым на правую ногу. И хотя не вышел из него воин, зато славился он своим звучным голосом и умением слагать песни.