Ярость Сокола

И даже не в интересах инвесторов Системы. Они думают, что Система решит их проблемы, позволит им обогатиться и избавиться от всемирного соглядатая «Невода», но они жестоко ошибаются. Единственный, кто может рассказать о конечной цели игры, – Главный, но если взглянуть со стороны, то небольшой сектор этой цели можно увидеть и без его признаний. Я указал этот сектор в рапорте.

– Помню, помню. – Тимофеев задумчиво уставился в окно. – Геноцид. Из десяти миллиардов уцелеет от силы один.

– Даже если уцелеет половина, от этого не легче. – Полковник пожал плечами, но спохватился и пояснил: – Главный желает стать Единственным. Хозяином мира, восседающим на Буцефале, безжалостно топчущем непокорных и ненужных. В отличие от полководцев прошлого, он реально близок к своей цели. Ведь что ему осталось, если вдуматься? Дождаться, когда в секретных лабораториях наномашины-ассемблеры наштампуют еще несколько сот триллионов себе подобных нанороботов новейшей конфигурации – для подавления живой силы противника, – и подлатать оставшиеся после июльского разгрома дыры в Сети.

– Вряд ли ему это позволят. – Тимофеев усмехнулся. – Возможно, вы не догадываетесь, полковник, но в мире очень много серьезных людей и структур, которые не позволят ему и его спонсорам…

– Виноват, товарищ генерал, кому не позволят? – вконец осмелел Евстратов.

– Ему, ему, – генерал снисходительно взглянул на Геннадия, – этому Главному, хозяину Системы.

Он наткнулся на взгляд Евстратова и осекся.

– Э-э, я не расслышал, кому? – добил генерала полковник.

– Черт! – Тимофеев поиграл желваками. – Черт бы побрал эту Сеть и вообще всю эту техническую революцию! Не люди кругом, а виртуальные невидимки! Десять миллиардов невидимок! Вместо лиц цифры, а вместо тел «ники». Арестовать толком некого. Выходит, нас могут захватить и вырезать, как гриппующих кур, а мы даже не узнаем, кто это сделал?!

– Запросто.

– Главный… виртуальная личность?

– Нет, товарищ генерал, он человек. Но дело в том, что у него вовсе нет локального «виртуального отражения».