Странствия Безногого

Скоро триста лет как в цивильном обществе вращаетесь, а все никак не освоитесь…

– Предоставьте нам самим решать такие вопросы, – генерал нервно шевельнул ушами.

– Ну-ну, без обид, – Зигфрид поднял руки ладонями вперед. – Говорите, что хотели.

– Нам лучше пройти в помещение, – Пальтони указал на одну из серых башен. Единственную с зарешеченными окнами.

– Лучше здесь, – воспротивился Безногий, как бы невзначай перекладывая из кармана в карман ключ-карту. В особых случаях люк кораблика можно было открыть и дистанционно.

Генерал это, похоже, знал.

– Хорошо, – согласился он. – Лучше всех ситуацию сможет объяснить господин первый секретарь…

Зигфрид вопросительно взглянул на седого гундешманца, и тот торопливо кивнул.

– Сначала были люди и чилибанги, но у людей не было мвамбы, только чмоо, – пояснил он, сбиваясь на гундешманский язык.

– Постойте, уважаемый, – Зигфрид поморщился. – А нельзя ли по-русски?

Гундешманский он, в принципе, знал, но не настолько, чтобы вести на нем официальные переговоры.

– Извините, волнуюсь, – дипломат сильно шлепнул себя по щеке. – Все. Я в норме. Так вот, во времена освоения землянами дальнего подземелья…

– Внеземелья, – исправил Безногий. – Может, мы действительно пройдем в укрытие, выпьем чего-нибудь? Успокоительного.

Он уже понял, что ему практически ничто не грозит. Растерянность гуманоидов была глубокой и почти необратимой. Так, наверное, могли бы чувствовать себя земные фермеры, узнав, что к ним в райцентр прилетел натуральный архангел.

Или ученые Всемирной Академии Наук, обнаружив, что Земля все-таки плоская и лежит на трех китах. В таких условиях Зигфрид, как некий хранитель ключей от ящика Пандоры, был для них одновременно и дьяволом, и спасителем. Если ему и грозила опасность, то она была не гундешманского розлива, а земная – в лице Аманды и ее тайных покровителей.

– Выпьем! – обрадовался Коврони. – Генерал, прикажите… транспорт.

– Тут идти-то… – Зигфрид взял обоих собеседников под локотки.

 – А по дороге вы мне будете рассказывать.

Чем дальше они уходили от ДКРа, тем более связной становилась речь перепуганного секретаря.

– Вам этого не понять! – страстно говорил он, брызжа мелкой слюной. – У людей на Земле никогда не было естественных врагов!

– А люди? – возразил капитан.

– Что – люди?

– Естественные враги у нас были всегда – мы сами, – пояснил Зигфрид.

– Нет, это совсем другое! – Коврони шел, слегка подпрыгивая от возбуждения.