Странствия Безногого

В те стародавние времена Зигфрид только начинал свою межзвездную карьеру старшим матросом на крейсере «Безумный» и даже получил медаль «За беспредельный героизм». С тех пор минуло немало лет, и война с Гундешманом канула в Лету, но сейчас далекие события сами всплыли в памяти. Враг снова бежал, но теперь причины такого его поведения были капитану непонятны. Скорлупка ДКР и могучий боевой катер были не сравнимы по мощи. Что же заставило гундешманцев показать корму неприятелю, к тому же нарушителю границы?

Безногий удивленно взглянул на мурлышку.

Зигфрид перевел взгляд на насупленную Аманду. Она следила за мучениями мурлышки без интереса. Просто настороженно и немного испуганно.

– Что это с ней? – демонстрируя снисхождение к проштрафившейся пассажирке, спросил Безногий.

– А я откуда знаю? – фыркнула Аманда.

– Сдается мне, ты много чего знаешь, – Зигфрид хитро прищурился. – Выпить хочешь?

Девица помотала головой.

Мурлышка между тем все никак не успокаивалась. Она скребла пол, сдирая виниловое покрытие и царапая титановые плиты под ним. Порчу имущества Зигфрид не одобрял. Дружба дружбой, инстинкты инстинктами, а техника должна быть в порядке. Он откашлялся и позвал:

– Кхм… киса! Чего это тебя надирает?

Особой реакции со стороны перевозбужденного зверя он не ожидал, но мурлышка обернулась и протяжно мяукнула.

– Ага, – озадаченно произнес Зигфрид. – Ага…

– Жрать хочет, – подсказала Аманда.

– Нажми там, – капитан кивнул на пищевой синтезатор. – Сырого мяса ей сделай… Килограмма три. Нет, лучше пять.

Пищевой автомат звякнул и раскрыл створки. На подносе в нише парил кусок «свежайшей» вырезки. Мурлышка облизнулась, но к мясу не подошла.

– Облизывается, – зачарованно глядя на хищника, прошептала девица.

– Как это не хочет?! – возмутился Безногий. – Нюх, что ли, потеряла?

Существ, брезгующих парной свининой, он не встречал даже на Чурбанске – планете убежденных вегетарианцев. Там, правда, отбивные в ресторанах подавались только после литра водки, неофициально и за бешеные деньги, но ими не брезговали ни приезжие, ни местные.

– Она, наверное, на нас глаз положила, – совсем тихо охнула пассажирка.