Пятая Космическая

– Сам ты карантин! Там баб половина пополнения!

– Баб? Каких еще баб?

– Ну таких, с ногами и сиськами. – Бубликов рассмеялся. – Забыл уже?

– А-а, – подыграл Воротов, – смутно припоминаю. Еще стишок такой есть: «За каламбуром каламбур рождается в мозгах, кругом стада набитых дур, вся разница в ногах». Хоть одну привезли?

– Кем? У нас в штатном расписании ни одной подходящей должности.

– Хватит тебе слюну пускать, – сказал Блинов. – Идем разгружаться.

– А чего разгружать? Танки как раз на месте стоят, они груз транзитный.

А пацанов я вмиг пересчитаю и взводному сдам. Свободны, господа капитаны, справлюсь без вас.

– Новый лейтенант, откуда родом? – поинтересовался Воротов.

– Да уж не с Марса, вестимо. – Блинов усмехнулся. – В последний момент его нашел. Мы уже грузились, а тут как раз транспорт с Ио прибыл.

– Опять «пиджак» мобилизованный? – Капитан Воротов скривился. – На Ио одни вулканологи живут.

– Ты не дослушал. Он там в госпитале отлеживался.

А родом с Земли. Африканец.

– Иди ты! Негр?! Бубликов, и ты согласился?

– Чернее сапога. – Бубликов, стирая ухмылку, погладил тонкие пижонские усики. – Но послужной список – на нас троих хватит. Успел повоевать от души. Чего ж мне не согласиться?

– А особисты что сказали? Они ведь к черным с недоверием относятся. В каждом марсианского шпиона видят.

– Ничего не сказали. Попробовали бы вякнуть. У него два боевых креста и благодарность от замначальника Генштаба.

Нормальный товар Блин подогнал, я доволен. И старшину где-то отрыл приличного.

– Тоже негра?

– Немца. Но тоже с Земли.

– Думаешь, уживутся? – засомневался Воротов.

– Увидим. – Бубликов пожал плечами. – А что тебя смущает?

– Не знаю. – Воротов потер коротко стриженный затылок. – У меня Дитрих постоянно с Розенбергом лаются.

– Если бы Мойша Розенберг не доказывал с пеной у рта Фрицу Дитриху, что он тоже чистокровный ариец, все было бы нормально, – заметил Блинов.

 – Вот эти националистические мелочи нам и мешают. Не делили бы всех на первый – сотый сорта, давно бы Марс на лопатки положили.

– У них с этим тоже не слава богу, – сказал Воротов. – Марсиане – избранная нация, а колонисты ее слуги.

– Об этом я и толкую.

– Хуже, чем на Руре с Юнкером, не бывает, – заявил Бубликов. – Я когда на Рур впервые прилетел – просто охренел, прямо в порту. Четвертый рейх, да и только.