Путь с небес

Продолжаем операцию!

– Хренов ругается, – виновато сообщил связист. – Вас на прямую связь требует.

– На хрен Хренова, – хохотнул Горох. – Он кто – генерал? Вот пусть своих полковников и… требует.

– Ладно, давай. – Сергей вздохнул и строго взглянул на корректировщика. – А ты, заступничек, сиди и сопи в свои гашетки. Тебе до звания генерала, как до Андромеды пешком. А таким, как Хренов, и вовсе никогда не стать.

– Виноват. – Горох спрятал ухмылку. – Вот вы его уважаете, а он вас «требует». Светлого князя.

Порядок, что ли?

– Связь установлена, – оборвал оператор рассуждения канонира.

– Генерал Хренов говорит! Сергей Павлович, вы на линии?

– Преображенский. Слушаю вас, генерал.

– Рекомендую вам прекратить преследование, ваша светлость. Мы сами разберемся с Бородачом. Оперативный отряд бригады «Беркут» уже в пути. А следом за ним вылетела инспекторская группа конфликтной комиссии. Разберемся с князем, не извольте сомневаться. Вы нам больше поможете, если у себя на Каллисто составите подробный протокол ущерба.

Репарации будут назначены незамедлительно и в трехкратном размере. Да еще штраф на Бородача наложим за нарушение договора. Пятьдесят процентов – ваши.

– У меня другое предложение, генерал. – Сергей говорил с интонациями превосходства. Боевые заслуги генерала он искренне уважал, но Хренов был всего лишь генералом армии Великого Князя, а Преображенский правителем целой планеты. Пусть провинциального и маленького, но все же автономного и относительно независимого мирка.

 – Предлагаю вам взять с Бородача полную сумму штрафа – мою долю можете забрать в счет моего же нарушения договора, – а репарации я взыщу с князя сам.

– Гордеев будет… очень недоволен, – едва сдерживаясь, проронил Хренов.

– Эмоциями мы обменяемся с ним лично. По окончании операции.

– Она закончится гораздо быстрее, чем вы планируете, – уже с явной угрозой заявил генерал. – И, возможно, не только наложением взысканий, но и арестами.

– Вы меня запугиваете?! – возмутился Преображенский.

 – Не забывайтесь, генерал!

– Виноват, ваша светлость, но к этому меня вынуждают обстоятельства… и ваша несговорчивость. Атака Европы будет расценена как акт агрессии.

– Это контрудар!

– Имею соответствующие указания от Великого Князя… Он расценивает это как агрессию.

– Пусть он сам мне об этом скажет! – Сергей просто взвился с кресла и махнул рукой связисту.

Тот отключил канал и утер со лба пот, словно непростой диалог вел не князь, а он сам.