Глаз Павлина

 – А вы не допускаете мысли, что это именно его игра?

– Его конторы – возможно, но лично он абсолютно надежен, – возразил банкир.

– Абсолютно надежен только господь бог, – нетерпеливый саркастично скривился и добавил: – Потому что слеп, глух и нем…

Внезапно в комнату вошел все тот же помощник банкира и что-то шепнул своему шефу на ухо. Андрей Николаевич удивленно поднял брови и кивнул.

Когда помощник вышел, банкир задумчиво потер подбородок и произнес:

– Выявилось еще одно странное обстоятельство.

– Их похитили? – спросил толстяк, округляя маленькие глазки.

– Это невозможно. Охрана утверждает, что ювелиры никуда не отлучались до позднего вечера. Ночью вокруг дома тоже было тихо. Однако утром в доме не оказалось никого. Все драгоценности и деньги на месте. Не хватает лишь хозяев и новых алмазов.

– Вряд ли это часть игры, но расследовать происшествие стоит, – заключил Беляев, обращаясь к банкиру.

– Я уже распорядился, – ответил банкир и кивнул.

– Вот описание яхты, – сыщик – высокий, крепкий, светловолосый мужчина лет сорока – положил на стол листок, – а вот ее фотография.

– Отлично, – банкир внимательно рассмотрел фото и заметил: – Соседи из-за моря?

– Так точно, – согласился сыщик. – Отдыхали в наших водах легально, но ушли раньше срока.

– Когда ваш самолет? – без предисловий поинтересовался Андрей Николаевич.

– Через два часа, – сыщик собрал бумаги и положил их в карман. – Главное, чтобы объект не успел потратить купюры с вклеенными радиомаячками.

– Будем надеяться, – согласился банкир. – Кого берешь в напарники?

– Я мог бы выполнить задание самостоятельно…

– Исключено, – банкир отрицательно покачал головой, – слишком много странного в этой ситуации.

– Тогда Красавчика, он говорит по-турецки…

– Резонно… Связь держите через телефон в Ливадии. Удачи!

Глава 4

Брагин проснулся от наступившей тишины. Гул двигателей внезапно стих, и судно, мягко покачиваясь, пошло по инерции. Костя взглянул на часы и с удивлением обнаружил, что проспал всего шесть часов, за которые до Турции яхта дойти не могла.