Джокер

Чего? Возможно, как раз успокоения под тяжелым покровом воды. Там, где нет волнения и ветра, где не слышно грохота прибоя и нескончаемых истошных воплей птиц, гнездящихся в расщелинах.

Теория сговора двух подвижных стихий против одной монументальной вдруг будто бы получила наглядное подтверждение. В одну из мокрых скал ударила сначала необыкновенно мощная и яркая молния, а затем, почти сразу, – гигантская волна. Верхушка скалы рассыпалась в щебень, который вмиг исчез под водой.

Что это было? Победа заговорщиков? Или милость чего-то большего, чем природные стихии? Может быть, один из сонных великанов получил от Высшей сути свой приз за многовековое терпение?

Анна вздрогнула от близкой вспышки, втянула голову в плечи и уткнулась носом в шарф.

В башне маяка было сухо, тепло и безопасно. И все-таки ее пугали эти невероятные по силе и яркости молнии, взрезающие вечерние сумерки с треском, похожим на звук рвущегося брезента. Пугали сотрясающие каждую клетку тела громовые раскаты и безумный грохот циклопического прибоя. Пугала эта припадочная пляска волн высотой с трехэтажный дом.

– Шарахнуло так шарахнуло, – не оборачиваясь к окну, сказал смотритель маяка. – Прямо-таки воинский салют на проводах в последний путь… – Он вдруг осекся и понизил голос, будто бы сожалея о чем-то. – Георг давно напрашивался, последним был из высоких. И все-таки жаль его.

– Кого? – не понимая, о чем бормочет смотритель, спросила Анна. – Вы о ком?

– О Георге. – Смотритель кивком указал за окно.

 – Я здесь всю жизнь протоптался. Эти скалы как родные стали. Даже имена им дал. Пять их было, высоченных таких. Вот за полвека все и рухнули. Получается, по одной в десять лет.

– А-а, вы о скале, в которую молния ударила? – Анна улыбнулась. – Ее звали… Георг?

– Так и звали. – Смотритель покосился на Анну чуть смущенно. – А что такого? Лорд Эверест может горы называть по своему усмотрению, а мне нельзя назвать скалы? Я, конечно, не лорд и фамилия у меня скромная, всего-то Бондарев, но ведь и крестнички мои – не Джомолунгма с предгорьями.

Имею право или нет?

– Что вы, Денис Артемович, конечно имеете! Это ведь фактически ваши скалы! Кому, как не вам, давать им названия!

– Ну, мои не мои, но… – Смотритель слегка расслабился.

Он вообще был суров лишь с виду и весьма отходчив.

– Я только не поняла, разве молнии бьют в скалы? Это ведь камень, он не проводит электричество.

– Когда он по самую макушку залит соленой водой – проводит.