Метель

Странно посмотрел на нас, а затем сказал, что его нет и, если увидим, сказать ему, чтобы немедленно шел домой. Это было более, чем загадочно.

Половина девятого. Мороз крепчал. В подъезд прошли три человека, но Андрея среди них не было. Мы обошли дом и снова вернулись к подъезду. Решили зайти еще раз. Глупо, но если его нет, то расскажем, что произошло, если нам поверят.

Дверь открыл сам Андрей. Мы молча уставились на него. Как он успел войти в подъезд? Он смотрел на нас, и в его взгляде проскакивало непонимание.

– Как ты прошел? – спросил я.

– Так. Прошел и все.

– Что там было? Тебя поймали? – спрашивали мы.

– Кто? – спросил он, и его глаза забегали, как будто он не знал, о чем мы говорим. – Вы что, шутите?

– Но ты пропал! – утверждали мы. – Мы бежали от мужиков и ты пропал. Мы думали, тебя поймали.

– Короче, мне некогда, надо уроки делать, завтра увидимся.

Завтра мы не увиделись. Мы вообще виделись редко, в школе или проходя по двору. Андрей перестал с нами гулять.

Вообще он стал каким-то отчужденным, как будто его подменили. Мы пару раз пытались ещё с ним заговорить, расспросить о том вечере, но он лишь говорил о какой-то истине, книге и звездах. Мы не понимали, о чём он, а когда просили рассказать конкретнее, он срывался, кричал и уходил. Мы оставили его в покое. Никто не вспоминал того случая. Но мы стали замечать, что он стал часто ходить в кабинет Валентины Александровны, о ней я расскажу позже.

Спустя какое-то время, на выходных, мы играли во дворе в войну, пластмассовыми пистолетами и самодельными автоматами.

К нам вышел Рома.

Глава 2. Рома

Рома жил во втором подъезде моего дома, на третьем этаже. Дело в том, что он был не такой, как все. Он был с отклонениями. Учился он в специальном кабинете в отдельное от общих занятий время. Жил он как бы в своем мирке. То изображал, что едет на машине, то летит на корабле из «Звездных войн». Речь была у него нарушена, но мы понимали его, да, собственно, все понимали.

Мы посмеивались над ним иногда, но серьезно никогда не обижали.

В тот день шел снег. Мы бегали по двору, играли в войну, придумывая себе укрытия и героев. Ваня тогда застрелил Рому, ну, понарошку, и он упал там, где буквально минуту назад испражнилась собака. И надо было именно в кучу упасть. Бах. Рома, ты убит.

– Я убит, ох, – сказал он и упал.

Мы не верили своим глазам. Мы все видели, как тот огромный пес справил там нужду.