Бой с тенью

Визитка Бориса всегда лежала в паспорте, это иногда оказывало положительное действие на бдительную, особенно по ночам, патрульно-постовую стражу или суровых сотрудников вытрезвителя. Отыскав в кармане заветный кусочек картона, Андрей уже собрался вернуться к телефону, но вдруг вспомнил о подобранном диске.

Звонок дежурному ничего особо не прояснил. До больницы Бориса довезли живым, но как сложилось дальше, офицер был не в курсе. Чтобы не накручивать в голове лишних вариантов развития событий, Соловьев включил компьютер и, не особо раздумывая, положил на лоток подобранный диск…

* * *

*В девять утра Андрей уже пританцовывал на первом обманчивом снежке перед входом в Контору.

– Чего мнешься? – весело окликнул его входящий в здание Феликс.

– Без приглашения как-то неудобно, – ответил Соловьев, натянуто улыбаясь.

– Пошли-пошли, – Сошников подтолкнул Андрея к дверям. – Я только что из госпиталя. В тяжелом состоянии, много крови вытекло, но жить, похоже, будет…

– Что значит – похоже?!

– Они же перестраховщики, хирурги нервно-сосудистые.

Мужик, говорят, здоровый, но старые раны могут в минус сыграть, и вообще – человек предполагает, а бог располагает. А ну их, Плейшнеры, все, как один! А ты чего пришел? Не вытерпел? Я бы дежурному обязательно информацию оставил. Ты на будущее так и запомни. В девять ноль-ноль все новости у оперативного. Звони, чтобы не мотаться через весь город.

– Да мне еще с Иван Палычем надо переговорить, Борис велел, – нехотя ответил Андрей, искоса наблюдая за реакцией Сошникова.

Тот даже не повел бровью. – Триста пятый кабинет, – все тем же дружеским тоном подсказал он. – Хотя обычно он не сидит на месте. Вот по этой лестнице на третий этаж и направо. Или на лифте.

– Спасибо, на третий я пешком…

Иван Павлович оказался на месте, но компанию ему составлял еще один человек, которого, при виде Соловьева, он мгновенно выпроводил.

– Не позже первого числа, и смотри у меня, Федор! – напутствовал он сальноволосого юношу.

– Клянусь! – заверил юноша, мельком взглянув сквозь толстые очки на Андрея.

Когда дверь за ним закрылась, Соловьев указал большим пальцем за плечо и спросил:

– Клятвопреступников привечаете, Иван Палыч? Не сделает он ничего к первому числу, в его личном, внутреннем расписании эта работа запланирована на середину месяца…

– Вот стервец! – Сноровский всплеснул руками. – Ну я ему задам, если и вправду первого не будет готово.