Золушка. Кошмарная история

– Подай морковь! И не учи меня, я тут повар!

– Ты бездельник! Где вода?

– Зачем?

– Просто скажи.

– Вон там.

Вечером Золушка вернулась в камеру к Жозефине. Она рассказала о том, что было днем, и что она увидела. А так же расспрашивала ее об этом месте. Она выяснила, что люди работают в лесах, фермах, по городу, и даже в башне колдуньи. В целом, мир этот ничем не отличается от настоящего, за одним исключением, он имеет границы. По слухам, некий человек, пытался сбежать, но дошёл до края.

– И что там, на краю? – спросила Золушка.

– Тьма и пустошь.

На утро Золушка встала раньше обычного, сделала прическу и была исполнена решимости навести порядок на кухне, тем самым утереть нос повару.

Леон был каким-то грустным в это утро. Он дал наказание девушке, а сам ушел в кладовку и до обеда не выходил. Золушка за это время вычистила золу, отмыла стены и потолок и приготовила ароматный чечевичный обед в виде каши.

– О нет, – прозвучал голос сзади, это был Леон. – Что ты наделала?! Ах ты, ах ты, ты дура.

– А что тут такого?

– Я тут повар! А это что? Ты потратила последнюю чечевицу? Глупая девчонка. Они не будут ее есть и меня отведут на пустошь.

– Пустошь?

– Да, откуда не возвращаются. Куда не нужных и неугодных отводят.

Пока он убивался горем, Золушка накладывала в кастрюли кашу, которые потом забирали люди или то, что от них осталось. Они ставили на столы кастрюли, а затем раскладывали по тарелкам из дерева. Настала тишина. Она длилась с минуту, Леон замер заткнув уши.

– Ты что никогда не варил им это? – спросила девушка.

– Что? – зло ответил Леон и посмотрел в зал и прошептал. – Они едят. Невероятно. Ура!

Он стал прыгать и скакать, кричать и смеяться. Золушка, глядя на него не понимала, как в подобном месте можно радоваться, но все таки, она тоже радовалась тому, что они едят и Леон рад.

– Теперь ты мой главный помощник! – обнял он Золушку. – Проси что хочешь.

Она могла желать только одного, но он не смог бы этого сделать. И вдруг радость отлегла от сердца.

Так прошла неделя.

Каждый день она шла с утра на кухню, на работу, Леон стал ей нравится и не только как человек, а еще и как мужчина. Еды было достаточно на этой кухне, но и других не обделяли. По ночам Золушка думала о доме, отце, и даже о мачехе и сводных сестрах и, плакала.