Ловец удовольствий и мастер оплошностей

Зачем откладывать? Я решил прежде всего позвонить Герте (Пьерик по телефону отвечать не любил), чтобы хоть с их стороны появилась какая-то определенность.

Мест в отеле, конечно, не было. По самую среду. Но Герта вдруг поддержала идею. Она тоже считала, что лучше не откладывать. В конце концов, можно обойтись и без отеля. У них пустовала крохотная студия. Совершенно пустая, без мебели. Одна комната на двоих, душ, кухня. Да и в кухне не было необходимости, если ребят обеспечивать питанием в ресторане. Зато еще и веранда, свой отдельный садик, с общего двора из-за зеленой ограды невидимый.

Чтобы не печься на солнцепеке, я отошел в тень и позвонил Коле. Он сразу ответил. Я попросил его не менять планы и сообщить поточнее о времени прибытия поезда, когда билеты будут уже на руках, чтобы я мог приехать за ними в Ниццу.

Как быть с Элен? Дать ей уехать в Париж, когда брат едет в обратном направлении? Получалось, что они разминутся всего в несколько часов.

– Может, и вам остаться? – спросил я. – Я заберу вас в горы. Переночуете там у меня, в моей квартире. Себе я место найду. Там мест хватит всем. Завтра с Колей увидитесь. Так правильнее, поверьте.

Элен с упрямством замотала головой, но затем сиротливо засмотрелась на своих сестер. Что-то мешало ей сказать «нет». Затем, вопросительно скользнув по мне своими светлыми глазами и словно извиняясь за что-то без единого слова, она обронила:

– Зачем вам эта обуза?

Я протестующе развел руками.

– Какая же в этом обуза? Лето. Все отдыхают. И я тоже… Да и должны же мы помочь Коле, – добавил я, но чувствовал в себе непонятную фальшь. – Неужели вам приятно, вместе приехав в такую даль, разъехаться в разные стороны?

Скользнув по мне беспомощным взглядом, она на миг отвернулась в сторону.

– Пойду, поговорю с матушкой, – сказала она. – Спрошу, что она думает.

– Правильно, – поддержал я.

Издалека я видел, что, пока Элен объяснялась с сестрой Ольгой, они поочередно поглядывали в мою сторону.

Засматриваясь в сторону, ломая руки, она объявила, что всё в порядке, ее «отпускают».

– Я ведь сама по себе, – добавила она с неловкостью. – Я просто обещала помочь. Но всё сделано.