Грубый секс и нежный бунт

Мы уснули в объятиях друг друга.

Исчезновение

Наутро я проснулся в одиночестве.

Она тихо встала примерно в 5 утра, приняла душ, собралась и вызвала такси в аэропорт. Ее рейс был в 8:30. Не разбудила, но оставила записку…

«Мне с тобой хорошо. Буду помнить. Люблю».

Любит… За что? Почему? И зачем любит? Мы ведь целовались, занимались любовью, трахались, спали, обладали друг другом, мы ведь эгоистично желали друг друга. Где тут любовь, Дева моя? Влюбленность… Но в глубине души я был безмерно счастлив прочесть последнее слово, оно было не свойственно ей, а вернее, ее разговорной речи, и если она так написала, значит, в тот момент именно так почувствовала, открыла это в себе.

Я наслаждался ощущением того, что и я открываю в ней новые грани.

По ее стопам я пошел в душ, затем, позавтракав в кафе напротив Английской набережной, отправился на такси в аэропорт.

Мой рейс улетал в 13:30.

До встречи, Ницца! До встречи, влюбленность, Дева моя!

Послевкусие

Моя влюбленность в Деву разрушала меня некоторое время.

Я понимал, что ей от моей влюбленности ни холодно, ни жарко. Что в это время она завтракает, или ужинает, или занимается любовью/сексом со своим мужем и не вспоминает обо мне. Моя влюбленность в нее – единственный лишний и никому не нужный элемент в этой истории, из-за которого эта «минута, ставшая веком счастья» оказалась с привкусом горечи и душевной боли.

Если бы не это, я бы повторял и повторял ту минуту. Снова и снова! Пока не встретил бы влюбленность столь величественную и необъятную, что она смогла бы затмить собой все.

Я идеалист: мои взгляды на любовь утопические (вернее, их считают утопическими те, кто привык соглашаться на меньшее, как они себя называют – «знатоки жизни»), мои идеалы недостижимы и неразумны для тех, кто узнает о них, и в каждый промежуток жизни – они всегда разные.

Я всю жизнь ищу то, чего пока не встречал.

Я сам дам определение любви, когда познаю бездну, намного масштабнее, глубже и безграничнее, чем я сам. Эти выводы я сделал после того, как однажды встретил человека столь неординарного и оригинального в своих рассуждениях, что если бы я писал книгу или историю о нем, то дал бы ей название «Забудь, какой я была вчера».

Признаюсь, она сама его придумала, но я поддержал.

И да, у этого человека тоже был свой Идеал.