Танец Смерти. Воля свыше. Часть третья

Вечером пятого дня путь им преградила похожая на крепостной вал скала из тёмного, твёрдого камня, разительно отличавшегося от камня граничных скал. Словно отвергнутое инородное тело, этот каменный барьер устремлялся на юг, а потом, забирая немного западнее, снова врезался в тело отделявших Асул от Фаджула гор. Источенный ветрами, он казался гладким, словно фарфор, и лишь пологие склоны позволяли преодолеть его, хотя издали складывалось ощущение, что любой, кто встанет на этот камень, упадёт и заскользит обратно. Точно так же, как по штуке, которая есть за Северными горами, как по льду.

– Пришли, – тихо прошептал Хашиз – штакшетин, считавшийся первым, среди своих товарищей. – За этими скалами, как говорили деды, лежит запретная земля. Проклятье ждёт того, кто дерзнёт нарушить её покой.

– Имя ему – джуммэ, – отозвался Нишерле. – Наши деды были мудры. Они поняли, что джуммэ появляется не силой злых духов. Это лишь несущая смерть жизнь, и здесь её дом. И когда мы переступим эту границу, то выпустим её на свободу.

– Надеюсь, ан-Химеш не ошибся, – штакшетин коснулся плеча, где ещё был заметен небольшой шрам от прививки, и поёжился.

– Заночуем здесь, – предложила Бэудиша, посмотрев на брата.

Тот внимательно осмотрел преграду, спрыгнул с коня.

– Заночуем здесь, – согласился он.

Одинокое, высохшее деревце пошло в пищу огню. Костерок весело затрещал, то и дело гулко ухали всполохи голубого пламени, и вокруг распространялся аромат благовоний. Как и в предыдущие дни, в котле бурлило варево из крупы и сушёного мяса.

Нишерле присел рядом с тем местом, где начинался каменный вал, отделявший от Асула проклятую землю. Его пальцы робко коснулись горячего камня, и тот час отдёрнулись назад.

– Это всего лишь камень, брат, – тихо сказала Бэудиша, присев рядом.

– Может быть, – так же тихо ответил он. – Но он выглядит чужим, непохожим на остальные скалы. Такое чувство, что кто-то высший возвёл здесь этот барьер, чтобы защитить Арриго от джуммэ. А если так – станем ему врагами, нарушив границу. Я теперь во сне постоянно вижу того ястреба, сестрёнка. Он следит за мной, за каждым шагом, за каждым вздохом. И я чувствую – от его взгляда не скрыться.