Игры в героев. Воля свыше. Часть первая

Но никто из пятерых не был чересчур суеверен, так что товарищи смело сорвали с заколоченной двери доски и вошли. Сразу очутились в полутёмной комнате, служившей прежним хозяевам и гостиной, и спальней и кухней. Сквозь пыльные, затянутые бычьим пузырём окна едва пробивался солнечный свет, освещая покрытые толстым слоем пыли участки пола. Почти в центре комнаты находилась печь, служившая и для приготовления пищи, и для обогрева. На ней располагались ряды полок с кухонной утварью (как ни странно, но её даже не растащили), рядом стоял большой стол, а сзади расположились кровати, кое-как сколоченные из досок и заваленные сеном.

– Почти все вещи сохранились, – проговорил Эйнар.

– Ещё бы, после такого, – ответил Стрижевский, поднимая с пола какую-то тряпку с тёмными пятнами от крови.

– Вон, пол весь кровью залит. И вы здесь останетесь?

– Останемся. Наведём порядок, и можно будет жить.

Порядок наводили до вечера – за прошедший год пыли и грязи здесь скопилось прилично. Ветер постоянно нёс сюда песок с берега, и он сквозь щели проникал повсюду.

Солнце давно скрылось за крышами соседних домов, когда работы были окончены. Стрижевский нашёл несколько свечных огарков, изрядно обгрызенных мышами, зажёг их в глиняной плошке. На удивление яркий, жёлтый свет осветил комнату, и она сразу преобразилась, стала уютной. От страхов не осталось и следа, произошедшее здесь уже казалось просто страшной сказкой.

– Нам пора на корабль, – проговорил Александр, пожимая товарищам руки. – Удачи вам и будьте осторожны.

– Тебе тоже удачи. О встрече договорились.

19

Утром корабль снялся с якоря и, миновав длинную песчаную косу, заваленную принесёнными рекой ветками и прочим мусором, вошёл в речное устье. Росший по берегам лес не давал здесь разгуляться ветру. Парус безвольно повис, словно какая-то тряпка, и его без сожаления убрали в трюм. Борта ощетинились рядом тяжёлых вёсел, они опустились в мутную речную воду, скрипнули уключины.

– И… раз! И… два! – донеслись с мостика команды кормчего.

Внизу, поддерживая ритм, забухал барабан.

– Ну, всё. Начинается. Сейчас как улитки ползти будем, – проворчал Риз, смотря, как медленно, ужасно медленно, проплывают мимо него берега. – До Салнии рукой подать, а мы два дня тащиться будем.

– Ты спешишь что ли? – усмехнулся, глядя на него, Эллирий.

– Да ты не понимаешь. Нет здесь морского простора и вольного ветра, где корабль летит, словно птица. Это река, и всё на ней какое-то медленное, вязкое, как болото.