Бог на радуге. Сборник рассказов

Новая, первая после стольких лет ученического мытарства работа, да ещё такая интересная по сути своей, могла отвлечь, занять, успокоить.

Не тут-то было. Что бы я ни делал, чем бы ни пытался заняться, всё вокруг светилось конкретным женским образом.

Мало того, меня чуть было не уволили с работы за срыв важного эксперимента.

Любой выпускник вуза, дорвавшись до реальных задач, наивно полагает, что он знает всё. На самом деле – он не знает ничего, каким бы отличником, краснодипломником или ботаном его не выплеснула из своих недр альма-матер.

Поскольку я был каким-никаким, а всё-таки мужчинкой, то приставлять меня к кофе-машине или буфету посчитали неэтичным, а потому для начала мою светлейшую голову решили использовать в приземлённо-практических целях. Меня прикрепили к ведущему инженеру Володе Колотилину, который отвечал за подготовку, тарировку (поверку) и коммутацию (соединение) оборудования, необходимого для записи показаний экспериментов.

Володя – жизнерадостный мужичок лет сорока, приятный в общении, не заносчивый и не подвинутый, как остальные коллеги, на науке, был не прочь заложить за воротник в нерабочее время, знал массу анекдотов и шутливых историй, мог запросто припустить матерком, но легким, весёлым и беззлобным. Для меня на этапе вливания в незнакомый, специфический коллектив Володя оказался ценным приобретением с точки зрения жизненного опыта.

Однажды, накануне важного эксперимента, он хорошо так «гульнул». В результате проспал на работу, а я, по доброте душевной, никому ничего не сказав, сделал коммутацию сам.

Да что там делать? Один разъём сюда. Второй – сюда! Тут прилепить, тут припаять, здесь плюнуть и обработать. Раз, два – готово.

Надо же было такому случиться, что именно в этот раз часть данных оказалась безвозвратно утеряна.

Я сидел и по обыкновению мысленно предавался поклонению своему божеству Наташе, когда в общую комнату, брызгая слюной, точно грозный павиан, ворвался руководитель проекта (ученик самого академика А.

Про него, например, говорили странные вещи: «Если бы Палыч меньше занимался наукой, давно бы стал доктором».

Тогда меня удивляла нелогичность данного высказывания, и лишь много позже я осознал его глубокий смысл.