В закоулках темноты

Инспектор Иоджин замер в непонимании, растратив всякое желание даже предъявлять претензии по поводу задержки, видя перед собой «мусор в человеческой упаковке». В то время как второй инспектор, представленный как Грэйс, подскочив, затаился за спиной своего старшего коллеги, глядя взглядом искусственных кошачьих желтых глаз не скрывая затаившегося в них отвращения. Макс же открыв кейс, приготовившись к активации принесенного дроида, вдруг потрясенно замер, вынув старомодный наушник из уха, отключив музыку в таком же древнем карманном плейере.

– Какого черта? – осмотрев кухонный уголок, ошарашено пробормотал он. Тело жертвы обмякло в одном из стульев за обеденным накрытым как в честь праздника столом. Верхняя часть ее головы на уровне чуть выше середины ушей отсечена, отрезана чем-то, все вокруг забрызгано кровью.

– Давайте быстрее. Медбригада и коллекторская служба уже оповещены, ждут от нас сигнала. Стандартно все зафиксируйте, побыстрее. У погибшей имеются непогашенные долговые обязательства, иного имущества кроме личных вещей здесь нет.

Поэтому кратко первичный анализ всего, что есть, полное сканирование, примерная оценка – также для общего отчета, – пояснил инспектор Иоджин.

– Но… мне все равно нужна первичная, общая информация… Мне же если что в суде потом все подтверждать, – глядя на «полу обезглавленное» тело в паре метров от себя шокировано произнес Макс, моментально пробудившийся от вязкого сна своей жизни.

– Мистер понятой вы и так опоздали… – начал выплескивать недовольство сотрудник Грэйс.

– Тише, тормози, – с улыбкой мягким тоном успокоил коллегу Иоджин. – Не надо давать волю эмоциям, «это» того не стоит.

– Да извините… я виноват, каюсь. В смысле, правда, извиняюсь. Я опоздал… Там… – пытаясь выглядеть искренним Макс начал оправдываться.

– Жертва – Мия Прескот, двадцать пять лет, мигрантка из южно-африканского сектора. До получения социальной карты оставалось полгода. Обучалась в университете, на факультетах философии и каком-то биоинженерном направлении, одновременно.

Официально нигде не работала. Комнату снимала вот уже более двух лет, задержек по оплате не имела. Судя по имеющимся данным, была горячей штучкой, осуществляла услуги сексуального характера кому-то из граждан, на постоянной основе, – двинувшись по комнате источая тонкий аромат парфюма, остановившись у трупа, принялся пояснять Иоджин.

– Окучивала папика, – себе под нос буркнул Макс. – Типа из Африки? Белая? Странно.

– Что странного? – встрепенулся Иоджин.