Пиратская угроза

Надо нам потом с тобой и этот маневр отработать. Уж очень он… изящный.

– Согласен. Но мы ушли от первоначальной темы. Чей «шмель»?

– Без понятия. Говорю же, пятьдесят на пятьдесят.

– Плохо. Жаль, что у нас не такая же система, как в Бургундии.

– А в чем разница?

– Там в схожих обстоятельствах, когда оба пилота приложили руку к уничтожению цели, всем записывают по сбитому.

– Действительно?

– Ага.

– Но, с другой стороны, это же сплошные приписки! Представь только, что к одному самолету приложилось сразу десятеро! А если посчитать все метки, то может получиться до десяти звездочек на одну цель.

В итоге мы получаем обесценивание… Так что наша система лучше. Видим звездочку на борту – и точно знаем, что этот самолет сбил ты и только ты, а не группа товарищей, у коих тоже такая же звездочка.

– Тоже верно. Потому я и хочу себе вторую метку, именно за ее ценность!

«Протоны» влетели в свои ячейки, и после шлюзования они оказались на палубе. К самолетам тут же поспешили механики с баллонами различного назначения: огнетушителями и кислотными нейтрализаторами, на тот случай если вражеский снаряд пробил баки с топливом и окислителями, чтобы нейтрализовать и то и другое и не возник пожар.

Сопло правого двигателя Иннокентовского «протона» щедро залили противопожарной пеной. По тому, как суетились механики, было видно, что повреждения получили многие, если не все машины первой эскадрильи.

Только тут выяснилось, что на своем месте не хватает одного перехватчика, и он явно не опаздывал.

– Волка подбили… – сказал Даскинс.

– Вижу…

– Видать, не спасся.

Каин кивнул, глядя на механиков капитана с позывным Волк. На их лицах не было никакой надежды. Они узнавали о смерти своих подопечных раньше многих.

И такое случалось. Вопрос только в том: единственная ли это потеря, или вторая эскадрилья, что швартовалась через переборку с левого борта, также понесла утрату?

Во второй все обошлось, но потрепали и ее на славу. В активе же обоих подразделений оказалось два «шмеля».

Не самый лучший результат, да еще с потерями. Но зато они отстояли грузовик, что тоже не всем удается.

Пилоты молча поплелись в раздевалку.

– Слушай, Ригель… – зашептал Даскинс, когда они через полчаса сидели в баре и потягивали энергетические коктейли, восполняя растраченные в бою силы. Есть при этом большинство не хотело.

Волка в баре не поминали, разве что мысленно. Сухой закон никто не отменял.