Цербер

Рон понял, что они уже на месте, но вот тревоги за свою дальнейшую судьбу он не испытывал, не столько от апатии, сколько от осознания того, что хуже уже быть просто не может – только лучше.

Шаттл начал входить в атмосферу какой-то планеты. Ослабленные от недоедания и искалеченные побоями люди плохо держались на койках, и при особо сильном точке или маневре судна с криком падали в проходы.

Наконец, шаттл произвел посадку.

Рон почувствовал, что ему тяжело дышать, словно на грудь положили килограммовую пластину.

– Давит как… – пожаловался Джек.

– Это от слабости…

– Нет, – возразил Жак. – Планета с повышенной силой тяжести.

Люк шаттла открылся, и прогремело:

– На выход!

Люди поспешно стали выскакивать из трюма, бежали по короткому коридору уже шаттла и оказывались на земле, а точнее песке.

– Стройтесь, ублюдки!

Выскочил и Рон. Он сразу же инстинктивно сощурился от яркого света ярко-оранжевого солнца, даже прикрывался рукой. Подгоняемый дубинкой, он побежал вслед за остальными куда-то в сторону.

Приглядевшись, он заметил там низенькие строения, какие-то глинобитки.

– Нужно держаться вместе, – подбадривал Джек Жака, который приотстал.

– Да-да…

На секунду оглянувшись на друзей, Финист просто поразился количеству людей, выбегающих из вставших в ряд десяти шаттлов. Эти вереницы казались бесконечными! Сотни, сотни и сотни людей: мужчин и женщин.

– А ведь вон те не наши, – проследив за взглядом Рона, проговорил Джек.

– То есть?

– Не с Ра-Мира.

Финист пригляделся и действительно увидел отличия, не только в одежде, тоже немало испачканной и изорванной, но и во внешности. Разглядеть большего не получалось из-за необходимости бежать по песку и слепящего солнца.

– Стоять! – прокричали с разных сторон вооруженные люди.

Пленники остановились. Но те, что бежали сзади, продолжали напирать, образовывая толпу. Рон и его друзья оказались на ее переднем краю. Он оглянулся, позади ничего, кроме огромной толпы похищенных, скапливающихся на большой поляне, он не увидел.

Справа, у холмов, окружающих это поле, все те же глинобитные постройки неизвестного назначения. Но по виду больше половины служили жильем. Рон определил это по вытоптанным тропинкам и проемам без дверей (хотя, возможно, двери были просто раскрыты нараспашку внутрь). Остальные продолговатые глинобитки он охарактеризовал для себя как склады нечастого пользования.