Кольцо

До конца отпуска уже оставалась неделя, а Джерри ничего не мог придумать. Он сильно извелся и осунулся лицом, под глазами появились темные круги бессонницы.

«Да как же его за жабры-то взять?!» – в отчаянии думал Дональдан, включая ТВ-терминал, чтобы хоть как-то отвлечься.

– …А теперь перейдем к местным новостям, – вещала дикторша. Джерри про себя отметил, что выбранный им канал принадлежал этому теперь уже ненавистному им Дерикензи. – Как мы уже сообщали, мистер Дерикензи через три дня проводит вечер в честь лауреатов своего фонда «Идея – двигатель прогресса».

На этот раз главным победителем, которому достанется миллион реалов, стал широко известный в узких кругах – Юдзеф Ульгук со своей работой о пульзиковых вихрях…

На экране пошел видеоролик с участием этого Юдзефа Ульгука, держащего в руке куриное яйцо размерами раза в два больше обычного. Тот сбивчиво объяснял журналистам идею своей теории о пульзиковых вихрях.

Джерри навострил уши. Сами вихри и яйца ему были по барабану, тем более что он не понял ни слова из сказанного ученым самоучкой, а вот проведение встречи его весьма заинтересовало.

По воспоминаниям прошлого, Дерикензи вручал премии лично при большом стечении народа, а значит, можно найти способ подобраться к нему поближе. Осталось решить, как это сделать. Желание переключить канал сразу же прошло, и он стал вслушиваться в каждое слово дикторши, которая продолжала считывать с телесуфлера, слишком явно двигая глазами, он желал узнать место проведения награждения:

– На этот раз вместе с отцом на награждении будут присутствовать его две очаровательные дочери, завершившие обучение в одном из лучших университетов Союза и прибывшие на родную планету Каталан, чтобы через месяц отметить день рождения своего отца в узком семейном кругу.

Кроме того, будет присутствовать и жена мистера Дерикензи, неподражаемая мисс Элеонора Дерикензи.

Дальше пошли другие новости, и Джерри отключил звук, который мешал думать.

«Думай, думай!» – приказывал себе Дональдан, стуча себе пальцем в висок. Но ничего, кроме головной боли, не заработал, к тому же онемел палец.

«Давай попробуем уснуть, – примирительно сказал себе Джерри, когда часы пробили двенадцать. – Как известно, утро вечера мудренее».

Но и спать не получалось. Мысли вихрем кружились в его голове, то и дело соскакивая с мистера Дерикензи на его дочерей.