Вторая попытка Колчака

За что, кстати, и вам очередной раз хочу сказать спасибо, Василий Федотович, – я очень доволен командой.

– Благодарю за лестный отзыв, – обозначил полупоклон лейтенант. – Вернётесь на мостик или проведаете пострадавшего?

– Я к Александру Васильевичу. Попрошу пока вас покомандовать. О! Лодка всё-таки всплывает, мать её! «Окунь», что ли?

– Вроде она. Владимир Иванович, вы уж задержитесь и сами выскажите Меркушеву всё, что мы оба думаем по поводу его маневрирования.

– Пожалуй, да… Идёмте на мостик.

Над волнами появилась уже не только рубка субмарины, но и корпус. Точно – «Окунь».

– Василий Александрович! – заскрежетал жестяным голосом через рупор Руднев. – Ты что, жить не хочешь? Если бы не мой рулевой – протаранили бы вас. И нам чиниться потом, и вам рыб кормить.

– Флажками отвечают, – хмыкнул стоящий рядом сигнальщик. – Прощения просют: «Извините! Надеемся, что у вас всё в порядке».

– Отмаши в ответ: «Почти.

– Есть! – и матрос проворно засемафорил флагами.

– Ваше высокоблагородие, – взлетел на мостик вестовой Дулин, – там фершал вас просит…

– Что с Колчаком? Умер? Не может быть! – почти ошалел Руднев.

– Никак нет! – поспешил успокоить командира матрос. – Очнулся. Но странный какой-то…

Глава 2

Ледяная купель

Лязгнул отпираемый засов, скрипнула дверь, и в камеру хлынул свет. Не то чтобы очень яркий – тюремные коридоры освещались достаточно скромно, но, по сравнению с полной темнотой, которая царила здесь до этого, разница была ощутимая.

В дверном проёме обозначился силуэт.

– Гражданин Колчак, – адмирал знал голос Чудновского, – на выход!

«Ну вот и всё, – подумал свергнутый диктатор. – Явно не на утренний кофе приглашают…»

– Через минуту буду готов.

– Да хоть через две, – хмыкнул руководитель Чрезвычайной следственной комиссии. – Не по боевой тревоге мы вас разбудили.

– Умыться можно?

– Уже умоетесь скоро. Одевайтесь!

Самуил Чудновский уже во время допросов вёл себя крайне хамски по отношению к подследственному. Если эсеро-меныпевики, которым передали Колчака чехословаки, были во время следствия достаточно корректны, то сменивший их большевистский представитель постоянно ущемлял и унижал бывшего сибирского правителя.

– Я готов!

– Выходите и следуйте за мной.