Адмиралъ из будущего. Царьград наш!

 – Лицо начальника штаба просто сияло. – Ведь со времен Екатерины ни одного линейного корабля в артиллерийском бою не топили. А тут… Вроде мы первые, кто угробил дредноут. А тут еще и крейсер… Вряд ли дотянет до Турции… Несколько миноносцев… Давненько наш флот так не радовал Россию викториями!

– Да уж, Константин Антонович – врезали мы сегодня тевтонам, – улыбнулся Андрей контр-адмиралу. – Но ликовать пока рано, Турция после такой оплеухи наверняка вступит в войну. Так что можно ожидать из Ставки не только орденов, но и отставки, извините за каламбур.

– Да бросьте! Какой вы пессимист! Я, конечно, помню телеграммы, запрещающие нам любые активные действия, но ведь сегодня напали именно на нас…

– Пока это дойдет до Верховного, великий князь вполне может напринимать решений на эмоциях, а потом из упрямства и нежелания признать свою неправоту… Ну, вы понимаете? К тому же подождем вестей из-под Новороссийска.

– Вот, кстати, Андрей Августович, я признаю, что вы три раза угадали с тем, где появится противник: Севастополь – само собой, Одесса – вполне вероятно, но Феодосия и Новороссийск? Почему не Ялта и Сухум, например? Ладно, с Феодосией опять попали в цель, хоть и не понимаю как, но с какой стати вы так уверены на предмет Новороссийска?

«Нда, – подумалось Киселеву, – «Штирлиц понял, что был на грани провала…» Палево конкретное…»

– Ну то, что Керченский пролив забросать минами – первое дело для противника, вам объяснять не надо, надеюсь? Причем сделать это должен наиболее быстроходный корабль.

«Бреслау» действительно ставил мины в проливе. Забегая вперед, можно отметить, что на этом заграждении в первые же сутки подорвались два русских парохода: «Ялта» и «Казбек».

После постановки крейсер фрегаттен-капитана Кеттнера направился именно к Новороссийску, на поддержку минного крейсера «Берк», который должен был уже обстреливать порт…

Однако «поддерживать» было уже некого: «Берк» подошел на место операции на рассвете, и его командир сразу понял, что угодил в ловушку, из которой не уйти.

Из гавани навстречу показались четыре русских миноносца типа «Капитан Сакен», а вслед за ними и большой крейсер. Таких у России на Черном море имелось только два, и любой из них имел полную возможность не только раздавить артиллерией гибрид миноносца и канлодки, каковым турецкий минный крейсер являлся, но и догнать его в открытом море.