Из туманности Аметиса

И ещё… один из основных учредителей у них – кипрская компания, когда начал копать глубже – выяснил, что некоторые актуальные и прошлые связи у учредителя сомнительные, одни юридические лица уже ликвидированы, другие в стадии ликвидации, «дырами» в офшоры там попахивает, не совсем надёжный контрагент…

– Ненадёжный, говоришь? – задумчиво проговорил Генеральный директор.

– Ну, да.

– Вересов, ты же матёрый волк в этом деле – что интуиция шепчет? – не сдавался Конышев.

– Виктор Степанович, моя интуиция основана на фактах, их лучше не авансировать, вляпаться можно.

– Н-да, почти убедил… такие ляпы нам не нужны. Так, Илья, сделаем следующим образом… ты ещё пройдись-ка по ним поглубже, вынь из них всю подноготную, короче, каждый микроб из них вытащи наружу и всё мне в письменном виде изложи, к планёрке в понедельник. Уяснил?

– Сделаем, Виктор Степанович.

– Твою мать, решили левоту подсунуть! И люди-то вроде серьёзные… Ну, я им дам свой расклад! – уже с воинственной миной заявил Конышев, возбуждённо прохаживаясь по кабинету.

– Я могу идти? – напомнил о себе Вересов.

– Свободен.

Улыбнувшись Даше, Илья направился в свой кабинет. Хотя до конца рабочего дня оставалось не так много времени, но он решил прямо сейчас поработать по заданию шефа. Илья нередко прихватывал за работой часок другой сверху, за что и ценился начальством. Генеральный прекрасно знал, если задача поставлена, Вересов умрёт, но сделает как надо и даже больше.

Однако уйти по уши в работу Вересову не удалось. Минут за двадцать до окончания рабочего дня на пороге его кабинета появилась Виктория, главная леди службы маркетинга.

– Не ждал, милый? – игриво произнесла она, как только закрылась дверь.

– Я всегда рад тебе, Вика, – натянуто улыбнулся Вересов, нехотя отрываясь от ноутбука.

Покачивая соблазнительными бедрами, женщина направилась к Илье и бесцеремонно воссела на краешек стола, обдав мужчину тонким ароматом дорогих духов.

– Не утомился ли в трудах праведных, добрый молодец? А не слабо ли тебе утешить красну девицу?

– А в чём же печаль красной девицы? – с усмешкой подыграл ей Илья, ожидая, что будет дальше.