Агасфер. Золотая петля. Том 2

Высморкавшись напоследок, машинист сбавил ход и остановил свой механизм, объявив:

– Пять тыщ восемьдесят первая верста! Приехали, стало быть…

Пассажиры торопливо покинули тележку и затопали по шпалам, разминая затекшие ноги. Цепенюк мотнул головой влево, на узкий проход между сходящимися сопками:

– Это там, господин Доллман.

Тот прошел с полсотни шагов, остановился и скептически обернулся на Цепенюка:

– Вы вроде, господин хороший, говорили о том, что отвозили э… груз на санях? Какие же тут сани? Тут и на велосипеде не проедешь!

– Так зима была, снегу намело много – вот и был проезд, – торопливо объяснил тот.

 – То самое место, Богом клянусь! Извольте поглядеть – вот Тайтурка, а напротив, верстах в полутора – тот самый блокпост Половина!

– Не знаю, не знаю… Это не дорога, а козья тропа какая-то. Впрочем, раз уж мы приехали, – он повернулся к путейцам, угрюмо топтавшимся со своими треногами чуть позади. – Раз уж мы приехали, вы, господа, приступайте к съемке! Мы тут немного… прогуляемся.

Черт бы побрал эту прогулку! Ноги бы не переломать! Господин Мржавецкий, пусть ваш товарищ идет впереди, дорогу показывает!

Мржавецкий и Цепенюк благоразумно промолчали, лишь махнули рукой двум дюжим рабочим, зовя их за собой.

– Эй, товарищи! – окликнул машинист дрезины, потрясая часами-луковицей. – Ежели далеко пойдете, имейте в виду: через пять часов мне надо освободить колею для товарного состава. Не вернетесь – без вас уедем…

Через три четверти часа, оскальзываясь на неровной каменистой тропе и мерзко сквернословя, Цепенюк остановился, перевел дыхание, и вытянул руку вперед:

– Вот они, Холмушинские скалы, господин Доллман!

– Насколько мне помнится, вы говорили, что они в четверти часа ходьбы от железной дороги, – желчно выговорил американец.

 – До этих двух скал мы шли по меньшей мере полчаса! Вы ничего тогда зимой спьяну не перепутали?

Цепенюк промолчал, сам не понимал, в чем дело. Той страшной зимой ему действительно показалось, что дорога от станции до Холмушинских пещер гораздо короче.

Он на всякий случай даже оглянулся – не видать ли поблизости пары других грязно-серых скал?

До ближайшего поворота тропа, по которой они пробирались, была относительно ровной. Насколько помнил Цепенюк, к огромной воронке, на склоне которой был вход в пещеру, пришлось добираться без лошадей: спуск был довольно крут…

– Одну минуту, мистер Доллман! – натянуто улыбнулся он американцу.