Внутреннее пространство

Разница заключается в программе, которая используется для конвертации.

Нуган придвинулся к ней.

– Прекрасно. Мерхары из глубинки пока не пользуются концентратом, у них хватает привезенных запасов, впрочем… На днях мы откопали машину эртойнов на моем прииске. Мерхары в этом ничего не понимают, поэтому о них можно не беспокоиться. Им наша война с эртойнами безразлична. Они прилетают зарабатывать.

– Бригадир, я поняла вас, – заговорщицким шепотом произнесла Ивена. – Придержи ее. У меня есть приятель. Он вряд ли упустит случай покопаться в мактаторе.

Но целиком он не будет покупать его, сразу предупреждаю. Вряд ли вообще кто-то захочет купить мактатор целиком.

Похлопав ее по предплечью, Нуган отлепился от стены.

– Пора.

– Ты далеко? – Сложив вакуумные пакетики с образцами пищи в сумочку, Ивена отдала пустую коробку для завтраков. – Я переведу причитающееся на твой счет.

Кивнув, Нуган зашагал к комплексу эксплуатационной компании. Тоска до боли сжимала грудь, тяжелые удары сердца отдавались в висках.

У него будут выходные, а ему не удалось найти повод, чтобы договориться с Ивеной о свидании. Под респиратором раздался вздох. Он и не пытался. Шахтный бригадир вряд ли добьется расположения такой соблазнительной девушки, как Ивена.

Ивена возвратилась к автобусу. Ожидая отправления вместе с мерхарами внутри остановочного павильона, она думала об игре. Придет Бёртас. Ему нравилось погружаться в миры, оторванные от действительности. Он совершил почти невозможное, переделав консоль ванавов… Игра не состоится без него.

Офи, Рида – они не слишком увлекались игрой. Возможно, появится Кеста, ради Бёртаса. Но не они были ее целью.

Ее целью было присутствие любимого мужчины. Ивена полагала, что он не уделяет ей достаточно времени. Игра предлагала прекрасный повод завлечь его к себе. Как ни с кем другим, она хотела играть с Лаэндом.

Лаэнд стоял в темноте на пересечении двух коридоров, водя лучом фонаря по стенам, облепленным вилицей – вьющимися толстыми стеблями с мертвенно-белыми листьями.

Не представляя, где его ждет тупик, он двинулся вправо.

Колониальная администрация ничего не знала о вилице, кроме того, что это не совсем растение, а если растение, то не вполне обычное. Тринадцать лет назад она появилась в Южной Башне. Меры, принятые для борьбы с нежелательным явлением, не принесли успеха. Южную Башню очищали много раз, но уничтоженная вилица возникала опять, расползаясь по кварталам и секторам, занимая целые этажи.