Внутреннее пространство

Из-за притворенной двери раздался голос Кесты.

– Я говорила, чтобы ты не приходил к ней без меня!

– Здесь Лигир.

– Ну и что? Мне не приятно, что ты приходишь к ней, когда я на работе!

– Поэтому и прибежала.

Ивена подмигнула Лаэнду. Затянув ремень на просторных штанах, она втиснулась в рубашку с короткими рукавами.

– Поэтому, – согласилась Кеста. – Прибежала. А ты решил, я оставлю тебя наедине с ней? Размечтался!

– Здесь Лигир, – повторил Бёртас.

– Лаэнда здесь не было. Ты пялился на нее, пока она не оделась.

Лицо Лаэнда осталось непроницаемым. До него долетал извиняющийся шепот Бёртаса, путано объясняющего наличие реплики магнитного ключа от апартаментов Ивены.

– У тебя слюни текли, а может, не только слюни, – продолжала Кеста. – Я знаю все твои мысли, Бёр! Ты по-прежнему любишь ее, а мной пользуешься. Чем она лучше меня? Тем, что озабочена лишним весом и постоянно твердит об этом? Так пусть похудеет…

– Тихо!

Из спальни появились Лаэнд и Ивена, делая вид, что не слышали Кесту.

Кеста улыбнулась им.

– Ну поцелуй меня, – Ивена потянула Лаэнда к себе. – Что ты дуешься?

Лаэнд подчинился, размышляя, как получить у Бёртаса матрицу для репликации магнитного ключа от апартаментов Ивены. Распахнув дверь, он вышел. Его догнали Бёртас и Кеста. Ивена замыкала шествие. Пройдя квартал, они достигли магистрального коридора. Траволатор понес их к площадке для отдыха.

Сменив несколько траволаторов, они добрались к тоннельному трансмиттеру, связывающему Западную и Центральную Башни.

Бёртас сразу скрылся в мутно-белом подобии густой жидкости внутри серебристого кольца.

– А где Кеста? – нахмурилась Ивена. – Я потеряла ее.

Пожав плечами, Лаэнд шагнул в тоннельный трансмиттер. На другой стороне, не дав опомниться, Бёртас схватил его за отвороты куртки.

– Лигир, мне тяжело с женщинами. Они отнимают слишком много времени. Они хотят занять мое внутреннее пространство, вытеснить из моей головы любые посторонние мысли, если они не связаны с ними. Все мысли должны быть только о них.

Я увлекаюсь нейронными структурами, я умею перенастраивать, умею создавать дополнения и улучшения, а ведь мы до сих пор не научились производить их. Мои умения не на пустом месте образовались. У меня есть зачатки понимания нейронных структур. А тебе с женщинами легко. Ты можешь посвятить себя женщине целиком. Какие у тебя могут быть мысли? Только о женщине.

– То есть я слабоумный, – уточнил Лаэнд. – И мыслей у меня быть не может.