Прокуратура на краю Вечности. Часть Первая

– Воздухом дышу! – бодро отрапортовал я.

– Я же сказал тебе сидеть в кабинете? – недовольно проворчал Воцйоб.

– Да я, в общем и так можно сказать, одной ногой там, – отмазался я, демонстративно облокотилась на дверь следовательского кабинета.

–Странно, – сказал следователь и вопреки моим ожиданиям ничего больше не добавил. Вместо этого он обернулся к Нюше и наставительно произнес: – Значит так. Зайди сейчас к шефу, если он на месте, и скажи ему… Хотя… – следователь критически оглядел помятую физиономию младшего следователя.

– Хорошо, – кивнул Нюша и ушёл.

– Так, теперь ты…– внимание следователя переместилась в мою сторону. Я весь внутри не напрягся, ожидая, в каком направлении он отошлет меня. В принципе, всё зависело только от богатства фантазии следователя.

– Сегодня у нас ничего не получится, – продолжил между тем следователь. -Сам видишь, я занят….

Я активно закивал, показывая, что полностью вникаю в затруднения своего научного руководителя и всячески им сочувствую. Я бы даже принес соболезнования, если бы знал кому и по какое случаю.

– Так что сегодня можешь быть свободен, – завершил свою мысль Воцйоб, и уже собирался избавить меня от своего присутствия, как вдруг что-то вспомнил и вновь повернулся ко мне: – Да, если есть желание, можешь сегодня вечером, где-то в районе шести вечера съездить со мной на место происшествия…

Сказал, и как-то уж очень внимательно на меня посмотрел.

Наверное, мне нужно было сказать: нет, и забить на всё сразу и надолго. Наверное, мне нужно было сразу объяснить следователю, что эта его практика мне нужно примерно так же, как эскимосам солнцезащитный зонт, и вообще я здесь только постольку, поскольку один мудак подвел меня, и как только я получу отзыв о прохождении практики, то сразу же смотаю и постараюсь больше здесь никогда не появляться. Наверное, мне так и следовало поступить.

– Ладно, -сказал я кивая. – В шесть я подъеду.

– Ну давай…– сказал следователь, и в его голосе мне послышалось удивление. Он явно не ожидал, что я проявляю хоть какой-то интерес к его работе, и теперь, видимо, не знал, как воспринимать мою активность.

– Ну всё, до шести, – сказал я, прощаясь.