Убийство с отягчающими

Рука управляющего, заметившего движение гостя, дрогнула, и вторая пуля, пробив насквозь скулу врага и раскрошив ему челюсть, вонзилась в стену. По полу вновь раздался цокот гильзы.

– А… а… – утробно загудел убийца охранника, вставая на колени и свешивая вниз голову. Нижняя часть ее, блестящая от крови, с торчащими из нее острыми осколками костей, была похожа на днище бочки, из которой выбили пробку. И теперь едко пахнущее бордо, выплескиваясь толчками, разливалось по всему полу на лакированный паркет.

Выйдя из-за стола, Гаенко подошел вплотную к раненому.

Прикрывая рукой полу серого пиджака, приставил срез длинного прибора для бесшумной стрельбы к затылку жертвы.

Третий хлопок окончательно заполнил офис сладковатым смрадом сгоревшего пороха, веер брызг ударил в стену, и по флизелиновым обоям поползли потоки густой жижи.

По полу, умиротворяясь, катилась третья гильза.

Гаенко добежал до входной двери, отделяющей крошечное фойе от остальной части казино, перешагнул через труп охранника и защелкнул замок.

Потом, стараясь не наступать в три кровавых озера, постепенно сливающихся в одно, вынул из урны заточку и вложил в руку любителя слив. Пистолет свой, так выручивший его несколько минут назад, тщательно вытер и вложил в руку охранника.

Подумал и подтащил своего стража к последнему им убитому. Теперь более правдоподобно. Третий выстрел был в упор, как-никак. В затылок.

А теперь нужно уходить, и делать это по возможности быстро. Прихватив с вешалки куртку, Гаенко чертыхнулся – рукав ее по локоть был испачкан кровью.

Пришлось возвращаться к столу и выдергивать из ящика несколько салфеток.

Когда на рукаве кожаного пуховика не осталось и следа крови охранника, Гаенко накинул его на плечи, намотал на шею шарф и только теперь почувствовал, как непослушны руки. Они мешали ему, делали свое дело, не ориентируясь на команды мозга. А быть может, они как раз в точности и следовали его распоряжениям – выполняли установки, предлагаемые сознанием, мечущимся в клетке страха Гаенко.

Заставив себя успокоиться и расслабить лицо, черты которого были заострены и бледны, как после тяжелой болезни, управляющий улыбнулся, потом еще и повторял это еще несколько раз, чтобы не выйти в зал со страшным оскалом. Все должно быть естественно. И сейчас он сможет улыбнуться легко, не тушуясь.

Он вышел и прикрыл дверь. В уши ударил знакомый перестук автоматических вертушек, цокот шарика по рулетке, команды крупье. Все знакомо и близко по духу.