Песни Красных Ястребов. Наследие пепла

– Может, ты хотя бы отведешь меня в недра горы, а? Позволишь посмотреть на своего бога? – Фрида облизнула губы.

– Не могу, – дядя разочарованно развел руками. – Здесь вы с орком не найдете помощи. И мы не сможем долго кормить вас, все-таки скоро зима.

Умиротворитель прикрыл глаза и поднялся на ноги. Фрида ухватила его за руку.

– У них моя дочь, Кейра! Она родилась эмпатом… как и ты. Искоренители забрали ее, понимаешь?! Они хотят использовать девочку в Разломе… а потом убьют ее! Каждую ночь я вижу кошмар о том, как моя Кейра умирает.

– Ты в отчаянии, – сказал Умиротворитель, освобождая свою руку. – Похоже, это правда… но мой ответ от нее не зависит. Я сказал: здесь ты не найдешь помощи. Но ты можешь найти ее в другом месте.

– Да? Где же?

– Старый ярл Драскета вот-вот отойдет в мир иной. Кланы не слишком жалуют старика, но его внук подает большие надежды. Он распаляет молодежь обещаниями сбросить ярмо Империи и вернуть славу Архипелагу.

– Откуда ты все это знаешь? – не в первый раз удивилась Фрида.

– Паломники поднимаются на гору. Старые монахи странствуют в поисках учеников, которым передадут свои когти-катары. Мы слушаем, Фрида, только и всего.

– Что ж… в таком случае, спасибо за еду и кров, дядя. Мы с Хардвиком не станем злоупотреблять вашим гостеприимством и отправимся в Драскет.

Умиротворитель сделал несколько шагов к выходу из кельи.

– Я не думал, что увижу тебя когда-нибудь, Фрида. Ты напомнила мне о беззаботных днях моей забытой молодости… как это было давно! Останься еще на один день: я могу починить твою мандолину.

– Спасибо, дядя. Я этого не забуду!

«Тебе придется выбрать сторону, рано или поздно» – подумала Фрида, провожая Умиротворителя взглядом.

12 Шарлин

– Я слышу твои шаги, дитя. Подойди, – властным голосом потребовала леди Марианна.

Она всегда обращалась к Шарлин именно так, чтобы подчеркнуть ее молодость, а, значит, неопытность. Однако сейчас Марианна делала все, чтобы самой выглядеть моложе: на ее лицо и шею была наложена маска из белого крема, а глаза закрыты лепестками роз. Хозяйка Тревейны неподвижно сидела, запрокинув голову, на высоком табурете посреди бальнеологической лечебницы замка. В это время две юрких служанки самоотверженно накладывали на ее тело целебную грязь.