Песни Красных Ястребов. Наследие пепла

Разрушенные семьи, опустевшие деревни, исправительные лагеря… Они оправдывались тем, что выполняют приказы, служат высшей цели, но оправдания не стирали пролитой крови.

Кейра хотела бы оказаться далеко-далеко, протирать стаканы в собственной таверне, но теперь это было невозможно. Руководствуясь благими намерениями, Искоренители отравили ее и привязали к себе с помощью противоядия. Она была заложницей собственного тела и клятвы невмешательства, которую дала директору Фабрису.

– Отдохни тут, ладно? – обеспокоенно посоветовал Дерек, и обратился к своему командиру.

– Иди. Я догоню: нога, – поморщился Райнер.

Дерек вышел на крыльцо, и Райнер поковылял вслед за ним.

– Здесь что, кого-то тошнило? – удивился командир, а затем обернулся в дом. – Неплохо справился, Юрген. Вот же мерзкая тварь!

Кейра что-то пробормотала сквозь сон.

* * *

Через два дня в деревню у подножья горы прибыло подкрепление, а вместе с ним генерал Брандер.

Эти два дня Кейра провела в постели в бывшем доме Харальда. Следопыты убрали тела, увели куда-то Халлу и превратили избу в полевой лазарет: не только Юрген получил травмы в бою.

Искоренители сделали из деревни военный лагерь, а из ее жителей – военнопленных. На воротах частокола стояли часовые. Селяне жили по строгому распорядку и не выходили на улицу без нужды.

На вторую ночь после взятия деревни, отчаянные селяне напали на караульного и попытались бежать в горы, но раненый успел поднять тревогу. Бунт подавили, но двое деревенских проскользнули за частокол. Райнер не отправил людей на поиски: побоялся ослаблять охрану деревни. Так или иначе, вскоре один из беглецов вернулся – голодный и с отмороженными пальцами ног. Райнер прописал ему плетей и заставил селян смотреть за экзекуцией. Беспокойный староста вторил следопыту и призывал односельчан к покорности.

Еще одно событие произошло, когда Кейра прогуливалась в ограде на следующее утро после кровавых событий. Вчера маленькая дочь Харальда и Халлы убежала в лес и плутала всю ночь. Теперь она вернулась – грязная, взъерошенная, дрожащая. Никто не объяснил ей, что произошло: дом заняли следопыты, мама с папой куда-то исчезли. Она так боялась, что Кейра не смогла остаться в стороне.

– Здравствуй, маленькая.