Песни Красных Ястребов

Так звали Марвина, когда он не слышал. Это прозвище ему подходило. Марвин всегда следил за чистотой обуви, опрятно одевался и умащивал волосы.

Марвин был моложе Пирса, но стоял намного выше в иерархии Дагроссы. И все благодаря родственным связям. Марвин был племянником самого Бальдвина. Единственным сыном покойного брата префекта.

На взгляд Пирса, яблочко далеко укатилось от яблони. У Марвина не было блестящего ума или лидерских качеств. Внешний лоск, большие связи, а внутри – пустота. Марвин потерял отца в детстве, но Пирсу было его нисколько не жаль.

Хотя у префекта не было детей, он не баловал племянника вниманием. Да, Марвин был важным винтиком машины, но совсем не правой рукой. И если что-то волновало Марвина в этом мире, то это было одобрение дяди. Мальчишка хорошо понимал цену связей.

И мальчишка был опасен. От него буквально зависела жизнь Пирса. А потому на людях Пирс называл Марвина не иначе как «мои наниматели». Юноши слегка за двадцать бывают непредсказуемы.

– Я устал ждать, пока ты решишь вопрос с таверной, Пирс. Говори, и постарайся принести мне хорошие вести.

Марвин говорил как человек, который живет в удовольствие. Вот и сейчас Пирс нашел Лощеного в борделе. Вышибала снаружи решил не пускать Пирса в заведение. Ему пришлось унизительно ждать под дождем, пока Марвин за ним не пошлет.

Но хватит об этом. Еще будет время пожалеть себя. Когда Пирс будет переживать этот момент в голове, то гордо скажет:

– Я не твой мальчик на побегушках!

Но в жизни все обстояло именно так, поэтому Пирс привычно залебезил:

– Я постарался, можете мне поверить.

Скучающее лицо Марвина просияло.

– Рассказывай, что придумал, Пирс. Позабавь меня.

– Хозяйка таверны, Кейра, в ссоре из-за наследства. Ее дядя Курт претендует на таверну и готов выступить против племянницы в суде. Курт и его жена заверили меня, что будут лояльны, и все издержки будут оплачены вовремя.

– Ты же не надеешься, что я устрою тебе суд?

– Прошу, дослушайте до конца. Мать Кейры – островитянка. В ней точно есть капля орочьей крови. Она безумна, Сестры Костра могут подтвердить.

На материковой части Каармора не любили свободолюбивых и суровых жителей архипелага. Когда-то островитяне промышляли пиратством и грабежом прибрежных селений, пока Империя не перешла в наступление.