Плаха да колокола

К тому же здесь всё-таки губком! Всё остальное время ушло на монтаж, наладку…

– Извините…

– Я вас понимаю, – с грустной улыбкой продолжал Шик, – молодость всегда торопится, это естественно. Я сам когда-то…

Но досказать ему не дал Сунцов.

– Глядите! – сунулся он к панели, где заметался огонёк сигнала.

– Слушайте! – нажал кнопку Шик. – На вас же аппарат!

– Она разговаривает с женщиной, – прошептал Сунцов. – Называет её Стефанией.

– Это новая работница, – кивнул Шик. – На днях принята. Венокурова-младшая.

Он повернулся к Ковригину, считая его за старшего, и доверительно пожаловался:

– Ей звонят мужчины со стороны. А ведь ещё товарищ Мейнц уверял меня, что в губкоме запрещены разговоры на посторонние темы.

– Бабы! – коротко рассудил Ковригин.

– Э, нет, – погрозил пальчиком Шик. – Я слушал те беседы, они наводят на странные мысли.

– Турина нашего обсуждают, – продолжая слушать, вытаращил глаза на Ковригина Сунцов. – Сонечка сообщила этой Стефании, что Василий Евлампиевич выезжает в Саратов!

– Да, да, Сонечка тоже хорошая болтушка, – закивал головой Шик.

– Чёрт возьми! – выругался Ковригин. – Это же тряпочный телефон! Секретную информацию обсуждают какие-то дамочки!

– Вот! А я что вам говорил! – тут же поддакнул Шик. – Это наводит на странные мысли.

– Подозрительные, я бы сказал! – рявкнул Ковригин.

– Тише, – оборвал их Сунцов. – Эта Стефания звонит теперь какой-то Катерине.

– Это её сестра, – подсказал Шик, – они часто перезваниваются. Катерина Венокурова – председатель женсовета.

– Шишка! – буркнул насмешливо Ковригин. – Но телефон установили не для этого.

– Она передала номер вагона, – прошептал Сунцов и, стащив наушиники с головы, вытер вспотевший лоб.

– Чего? Какой ещё номер? – насторожился Ковригин. – Ты толком можешь объяснить?

– Что вам неясно, молодой человек? – вмешался Шик.

– Каким вагоном Турин едет в Саратов?! – вскричал Ковригин.

– Ну конечно.

– И зачем это ей?

– Не иначе кто-то поедет следить за Туриным, – устал объяснять Шик, прикрыв глаза.

– Но зачем? Скажите мне, зачем, раз уж вы всё знаете наперёд!

– Я знаю одно: вам следует поспешить на вокзал, – совсем тихо сказал старичок.