Темнее ночь перед рассветом

Впереди – неизвестность, сзади – разруха, а ниже – пропасть! И грязная купель в случае провала.

Завершающей гениальную фотографию надписи не имелось, хотя она просилась на ум сразу, и Ника, кажется, уже её сочинила, но, помалкивая, ждала его ответа.

– Ну? – подтолкнула она его. – Как бы вы назвали сие чудо?

– Название не требуется, – покачал головой Ковшов. – Хоббио, как вы его именуете, если доброжелатель, пожелал бы Первому держать твёрже шаг. Думаю, так назовёте и вы свою статью под этим фото. Я не ошибся?

– Глазастые вы, однако, прокуроры.

– Кормил вас Глазьев рыбацкой ушицей с водочкой, признайтесь? – хмыкнул Данила.

– От вас, прокуроров, ничего не утаить, – рассмеялась она. – Иван нас рано поднял и гонял по речке, как угорелый. Знал, что материал для центрального столичного журнала. – Она многозначительно задрала пальчик вверх. – Но я взмолилась, потому что едва не спалилась на вашем солнце; даже шляпка с вуалью не выручала.

Шаля, Ника схватила чёрную шляпку с подоконника, натянула её до лукавых глаз, опустив вуаль, и грациозно продефилировала перед Данилой.

– Как?

– Неплохо.

– Иван не поскупился на оценку, а ты скупердяйничаешь, – изобразила она обиду, переходя на «ты».

– Но под шляпкой и этой вуалью вас не узнать, – сделал вид, что не заметил этой вольности, Ковшов. – А вы с Дьякушевым давно знакомы?

– Давно. Ещё по Краснодару, где я репортаж делала в «Комсомолку».

– Понятно.

– Вот я и продолжаю: на то мы и журналисты… Вроде разведчиков. Знаешь, какие порой жалобы на нас запускают недовольные?

– Главное, чтоб не били, – пошутил он.

– Всяко бывало в молодости. Хоббио отговорку придумал по такому поводу.

– Интересно…

– Все вопросы в письменном виде. Как?

– Разумно.

– Главное – многообещающе.

– И действует?

– Как дихлофос на мух.

– Занятный этот ваш Хоббио…

– Понравился?

– Умный.

– Ну ты и выдал! – рассмеялась она. – Хоббио – не дурак, только вот не влип бы он с этой фоткой, если на обложку её разместит.

– Что-то не так?

– Вспомни картину древнего мудреца Брейгеля.

– Если слепой ведёт слепых, в итоге все окажутся в яме?

– Помнишь… Редкое сочетание должности и ума.

– Спасибо за комплимент.

– Заходи, когда будешь в столице, – просто сказала она и взяла его за руку. – Позвони сначала в редакцию, если не в командировке, буду рада видеть.

– Не обманете?

– Да что ты всё «вы» да «вы». Я плохо выгляжу или стара?

Ковшов, улыбнувшись, покачал головой.