И пушек гром

Но когда уже стали ясны намерения патрульного корвета, на палубу выскочил бледный боцман:

– Капитан! Беда! Цепь заклинило! Не идёт!

– Как заклинило?! Как такое может быть?! Якорь вам в глотку, делайте что хоти…

Договорить капитан не смог, сильный толчок сбил его с ног, альбионский корвет таки пошёл на абордаж, после удара корпусом на палубу корабля работорговцев посыпались альбионские солдаты. Не прошло и минуты, как всё было кончено – большинство команды сразу сдалось, те же, кто этого не успел или не захотел, лежали на палубе в лужах своей крови.

– Как это понимать? – попытался хорохориться капитан работорговца, когда увидел альбионского коллегу. Это был невысокий стройный юноша, с пепельными волосами, собранными в хвост на затылке.

– Проверить трюм, они не успели сбросить свой груз, – скомандовал юноша в мундире капитана, не обращая внимания на возмущённого работорговца. Когда ему доложили об обнаруженных невольниках, пепельноволосый юноша повернулся к захваченным ловцам живого товара: – Каторга, пожизненно.

Вы нарушили эдикт короля Георга Восьмого, но я могу вас от этого избавить.

Охраняемые солдатами и стоящие плотной толпой работорговцы подались вперёд, ожидая, что этот юноша предложит их капитану откупиться, а тот серьёзно закончил:

– Быстро вздёрнуть вас на рее, не хотите, ну как хотите, – альбионский капитан пожал плечами и приказал своим людям:

– В трюм их, заковать!

– Но там же чёрные! – заголосили почти все пленные.

– Кто ж вам виноват, что вы их туда загнали, – искренне изумился альбионский капитан, – разместили бы на палубе и в каютах, теперь бы в трюме сидели с комфортом.

Когда работорговцев увели, Грентон сказал:

– Черные их же убьют! Мы не довезём…

– Премию нам платят за корабль, – снова пожала плечами Таиса, – а привезём ли мы захваченную команду или трупы… А вот невольников надо покормить, это улика. Их мы должны доставить в целости, как доказательство того, что это действительно работорговец. Курс на форт Лэмис!

Когда открылся большой люк в борту и два матроса с трудом сняли стопор с начавшего вращаться ворота, то цепь, к которой будущие рабы были прикованы, пошла в это проём, увлекаемая каким-то тяжёлым грузом.

Невольники, а среди них было много женщин, испугано заголосили – их начало тащить в океан сквозь открытый проём. Но цепь, сильно дёрнувшись, тут же остановилась, белые матросы с проклятиями попытались провернуть ворот, на который эта цепь была намотана.