Наган и плаха

За торжественным банкетом в небольшом уютном ресторанчике, где Странникову с Арестовым всё-таки пришлось сидеть рядом, последовали второй, третий, четвёртый… Председательствовал Богомольцев, дело своё он знал, люди были разные, но все хваткие как на подбор, энергичные, желали успеха. К концу недели, когда, как обычно, Ковригин забежал в номер подымать их к морю, Мина Львович, не отрывая головы от подушки, идти отказался, буркнул, когда его расталкивали, что придёт сам, и подмигнул мутным глазом Егору.

– Это ещё зачем? – догадавшись, бросил тот строгий взгляд на свёрток. – Мало ты его вчера на себе из ресторана тащил? Косятся уже отдыхающие. До администратора дойдёт, угодим в историю. Исаака подведём.

– Мина Львович просил, – виновато опустил голову и, не зная, что делать с бутылкой, как мальчишка смутился Ковригин. – Наши-то запасы кончились.

– Опустошили!

– А что там было-то…

– Нельзя ему. Удержу не знает, если присосётся. В запой скопытится, здесь не Астрахань, здесь его штучки дорого обойдутся, а вечером идти к Исааку, уезжает тот скоро. Отходную затевает для всех.

– Вот и поправит Мина Львович головку, чего мучиться человеку?

– Ишь, заботливый нашёлся, – нахмурился ответственный секретарь. – Быстро ты с ним спелся. На какой ниве нашли общий язык?

И он со значением зло щёлкнул себя под подбородком.

– Что вы, Василий Петрович! – вспыхнул Ковригин. – Разве можно? Как вами велено, я лишь перед сном позволяю. Только рюмочку ради успокоения организма, уснуть сразу не могу. К обстановке никак не привыкну. Мельтешат перед глазами эти купальщицы в подштанниках. Русалки, право! Одна стыдоба!

– На днях тебе ехать… встречать Маргариту Львовну. Не забыл про неё? Нимфу[18 - С греч. «куколка», в мифологии – женское божество, дочь Зевса.] остроглазую здесь не приметил? Где устроился, как? Я к тебе так ни разу и не заглянул…

– Нормально! – вытянулся по-солдатски Егор.

– Смотри у меня! – погрозил пальцем Странников. – Ишь, хозяйка справная… Загорел-то как! Только сейчас и заметил, – он, оценивая, оглядел Ковригина. – Словно чёрт из пекла, одни белки глаз сверкают.

– Природа.

– Ты вот что… – Странников прищурился, пожевал губами.