Охота за призраком

Словно случайно замешкавшись, задержался Ольшенский, но Думенков уже не мог сдерживать нетерпения.

– Леонид Александрович, – остановился он перед первым секретарём, – ещё какая-нибудь беда на нашу голову свалилась?

– Что на нас с тобой, Иван Григорьевич, свалиться может? Что ты волнуешься, дорогой?

Ольшенский не проявлял неловкости и желания оставлять их наедине.

Боронин, не скрывая досады, кашлянул два раза, но ожидаемого эффекта его кашель не достиг. В конце концов, подумал первый секретарь, то, что меня интересует, действительно не составляет какую-то секретность, ну а бестактность Павлу он припомнит при случае.

– Ты утреннюю оперативную сводку от Даленко читал?

Думенков утвердительно кивнул головой:

– Два человека у Борданова пропали, одного выловили с огнестрельным ранением. Тебя это интересует, Леонид Александрович? Больше вроде ничего за последнюю неделю особенного не случилось.

– Это произошло в колхозе «Маяк Ильича», – утвердительно произнёс Боронин.

– Как же, хорошо знаю Деньгова Полиэфта Кондратьевича, – оживился председатель облисполкома. – Я ещё, когда в районе работал, мои колхозы с ним тягались. Трудно его по уловам было обогнать. Крепкий мужик. Колхоз в его руках силу почуял. Да ты его забыл, что ли, Леонид Александрович?

Думенков любил вспомнить время, когда командовал комитетом партии в районе.

– Вместе же с тобой притащили его в обком, беседовали, толковали, прежде чем выдвигать в члены обкома, – размахивая руками, возбуждённый Думенков стал похож на французского бунтовщика с баррикад.

– Прямо Дантон или Марат ты у нас, Иван Григорьевич, – тихо, не поднимая головы, скорее для себя, нежели для оратора, произнёс первый секретарь.

– А почему, Леонид Александрович, ты Деньгова со смертью этих рыбаков связываешь? – не понимая, остановился Думенков. – Ну погибли мужики, они ведь колхозниками не являлись, я сводку ту помню.

– Правильно. Память у тебя хорошая, Иван Григорьевич, не колхозники они, – в своей обычной манере тихо вёл разговор первый секретарь.

Думенков остывал, забыв о том, что торопился на важное совещание.