Запасной мир

Я потрогал лоб старика. Сухой и горячий – температура под сорок. Что имеем? Внутренний абсцесс – воспаление, проще говоря. Клинки у шпаг разбойников были гранеными. Нанесенные ими раны заживают плохо. В моем мире из-за этого запретили игольчатые штыки. Клинок вдобавок занес внутрь грязь, а возможно, что и клок ткани. Рану следовало почистить, а этого не сделали. Этот Боу… Бычков ему холостить, а не людей оперировать!

– Что скажете? – поторопила рыженькая.

– Рану следует вскрыть и почистить.

– Внутрь попадет воздух, и съёрд умрет! – возмутился Боу.

 – Больному следует пустить кровь. Дурные соки выйдут, и съёрд поправится.

– Почему думаете, что выйдут? – спросил я.

– Это все знают! – отмахнулся толстяк. – Для того и отворяют кровь.

– Это лучший способ лишить съёрда жизни.

– Я настаиваю!

– Черра! – повернулся я к рыженькой. – Зачем меня звали? Смотреть, как убивают вашего отца? Доктор Боу справится сам.

Толстяк возмущенно засопел. Лицо рыженькой выглядело растерянным. Не хотел бы я сейчас оказаться на ее месте.

С одной стороны, всеми уважаемый местный эскулап. В том, что уважаемый, можно не сомневаться. Другого бы не позвали. И сала сколько за счет пациентов нагулял! С другой стороны, я – бродяга, от которого неизвестно, чего ждать. Решай, девочка! Откажешься – CID сэкономлю…

– Ваше лечение поможет отцу, мастер?

Не глупа…

– Обещаю. Более того, съёрд придет в себя, и вы сможете с ним поговорить.

– Делайте! – тряхнула она головой.

Ага! Толстяк, как видно, гарантий не давал.

– Мне понадобятся чистые бинты, иголка с ниткой, желательно шелковой (шелк в этом мире есть – чулки из него были), таз с водой, чтобы помыть руки, мыло или щелок… – Я задумался. От раненого пахло уксусом. Тот, конечно, дезинфицирует, но все же не спирт. – Есть у вас напитки крепче пива и вина?

– Торч! – хмыкнул Боу. – Гонят из ячменя. Та еще дрянь!

– Значит, бутылку торча.

– Лэнс! – крикнула рыженькая.

В дверь заглянул меченый – дежурил в коридоре. Вполне возможно, чтоб разобраться с чужаком, если дела пойдут не так.

– Принеси торч! Немедленно!

Лэнса как ветром сдуло. Пока он и служанки бегали, я отошел к окну, отщелкнул ножнички мультитула и как можно короче остриг ногти. Они отросли и обзавелись траурной каемкой. Нам же операцию делать…

Лэнс явился с бутылью в руках. Та была заботливо оплетена. Гадость не гадость, но в доме держат. Значит, употребляют. По знаку рыжей Лэнс протянул мне бутыль. Я вытащил пробку и понюхал.