Буча. Синдром Корсакова (сборник)

Спасибо не боевики. Дед один в папахе. Пришел и говорит: там ваш в ящике. Мы понять не можем, в каком ящике. Когда разобрались, аксакалу тушняка насовали. А этого ротный пообещал заживо похоронить. Реальный был бы «двухсотый». Прикинь. Шевели копытами, Ксендз.

Обтерся Ксендзов снегом, шапку на лоб надвинул. Набычившись, стоит за лейтенантом.

Смешной был солдатик Ксендзов – мелкий, незаметный. Таких война жалеет. Война в первую очередь здоровяков прибирает – кто покрупней, в кого попасть легче. На самом деле, как повезет: одного сразу приголубит пулей в лоб.

Другого покалечит. А третий как заговоренный, – может, молятся за третьего крепче других? Не ведомо то.

На ксендзовском «гробу» и уселись. Лейтенант выложил на планшетке карту, фонариком водит.

– Вот здесь мы. Тут «духи». Вашу позицию Ксендз покажет. Он там прошнырялся, как у себя в огороде. Я без него не хожу. Секреток понаставил. Черт, а не сапер.

Сопит Ксендзов рядом.

Где-то снова заахало тяжело. По ушам давануло.

– С Карпинки саушки.

Там и госпиталь. Близко от передка. Пятнадцать минут всего – и на стол. Так бы половину раненых не вытащили. Ротный всю водку хирургам отдал. По врачихам «духи» из миномета долбили. Прикинь. А че, я думаю, правильно, что отдал, сколько пацанов с того света.

Грохнуло в городе, взорвалось утро фугасным эхом. Перевезенцев не обращает внимания на частые взрывы, снова тычет пальцем в карту.

– Ксендзов знает. Там не больше ста метров до «духовских» позиций, можно совсем плотно подобраться.

Квартал мы начнем чистить, вы услышите. Тарарама будет!.. После артподготовки и пойдем.

Когда с ночи низкое небо просветлело до серого и бесформенные тени поползли по городским развалинам, начался бой.

Первый дом, который стоял на пути атакующих, зиял черными провалами окон и рваными дырами от прямых артиллерийских попаданий. В доме во многих местах дымилось и горело. Когда пехота, мелкими группами по двое, трое, хоронясь за броней бэтеров и бээмпэшек, двинулась вперед, боевики, выбравшись из подвалов, рассредоточились по нижним этажам и открыли по наступающим сильный огонь.

Иван с Саввой оборудовали позиции в пятиэтажке, стоящей параллельно с направлением атаки роты.

Маленький солдатик Ксендзов оказался болтливым не в меру. Бубнит и бубнит над ухом. Савва обосновался на крыше. Ивану одному пришлось терпеть доставучего сапера.

– Когда через хребет шли, ух красиво. Кавказцев видел, мама не горюй, настоящих. Собак, кобелей. Горбатые.