Ульмигания

Кто ты, чужеземец? – спросила старуха, не обращая внимания на Дилинга.

– Вы называете нас рутенами.

– Это заклятие, – сказал Дилинг. – Его наложил вайделот склавинов.

– Пусть он его и снимет.

– Он уже в краю предков.

– И кто же его туда проводил? – спросила вайделотка, по-прежнему вглядываясь в Торопа.

– Не ты ли?

– Я его никуда не провожал, – сказал Тороп. – Я просто перерезал ему шею.

Вайделотка вдруг ткнула корявым пальцем Торопу в грудь:

– У тебя здесь крест?

– Да, – ответил Тороп, невольно отступая на шаг.

– И ты посмел с этим прийти ко мне?

– Больше нам идти не к кому, – сказал Дилинг. – Крива ловит нас по всей Ульмигании.

Милдена взяла его за руку:

– Оставь ее. Неужели ты не видишь – она не хочет нам помочь.

Вайделотка, наконец, оторвалась от Торопа и посмотрела на нее.

– Правильно, я не помогаю людям. Ни тем, кто носит покунтисы, ни тем, у кого на шее крест. Никому.

Старуха повернулась и скрылась в хижине.

Когда они выбрались из оврага на поверхность дюн, туда, где оставили лошадей, на Дилинга вдруг запоздало напала ярость.

– Кавкс[37 - Кавкс – нечистая сила, поминаемая в ругательствах.]! – выругался он. – Я вернусь и отрублю ее поганую башку!

– Не надо, – попросила Милдена. – Я очень боюсь ее… Я не отпущу тебя.

– Оставь, – сказал Тороп. – Бог с ней! Может, она ничего и не могла сделать.

Они спустились к морю. Вдоль пляжа, по слежавшемуся сырому песку ехать было удобнее. Добрались до ближайшего соснового леска, где кони могли бы пастись.

– Она красивая? – неожиданно спросил Тороп у Дилинга.

– Кто?

– Эта колдунья.

Дилинг поперхнулся.

– В этот раз тебе повезло, что ты слеп, – сказал он, прокашлявшись. – Вот если б этот кусок проклятого сушеного мяса встал и пошел, я подумал бы, что это она.

– Странно. Мне показалось…

– Что?

– Ничего. Чепуха.

– Я знаю, что нужно делать, – вдруг сказала Милдена.

Никто не спросил: что она имеет в виду? Все думали об одном и том же.

– Нужен вайделот.

– Где же его взять? – усмехнулся Дилинг.

– Не знаю. Может, в Вармии или Натангии, это ближе всего отсюда.

– Не говори глупостей! Любой из них тут же донесет на нас Криве, едва мы появимся в пределах его племени.

– Мы и не появимся.