Витязи в шкурах

И очень обидится, если ему сказать, что он не может купить табун кобылиц. Вы жалуетесь, что нет денег, а ваши дружинники ходят в дорогой броне, носят шелковые рубахи и порты, а на пальцах – золотые перстни. Вы всегда выкупаете ваших пленников. За простого воина даете по гривне, хотя цена ему – пять дирхамов. По белке со двора – это небольшая плата, конязь.

– Поэтому мы и отказываемся от нее. Мы соберем серебро для тебя, хан, но твоим молодым, горячим не достанется ничего или достанется мало. И они пойдут на Русь, чтобы добыть больше.

– Конечно, пойдут, – ухмыльнулся Кончак. – Молодым всегда нужно много. Они горячи и нетерпеливы, не умеют ждать. Но вы с ними справитесь. Важно, что я не пойду, Кза не пойдет.

– С вами мы тоже справимся. Всегда справлялись.

– Ты говоришь так, конязь, будто мы сидим у тебя дома, а не в моем шатре.

Игорь замолчал. Кончак взял с блюда баранью ногу, неспеша стал сдирать зубами с кости горячее мясо. Закончив, сыто рыгнул и бросил голую кость к входу.

– Вот так мы обглодаем Русь, конязь. Кза сказал мне: «Идем в земли Игоря. Войска там нет, нам готовый полон приготовлен – только забрать».

Игорь потемнел лицом.

– Ты нам очень помог, конязь, – весело сказал Кончак, прихлебывая кумыс. – Твои воины сами принесли нам броню, мечи, копья. Оружие стоит дорого, и теперь мы сможем взять в поход еще пять тысяч всадников.

– Пойдешь в мои земли?

– Я – нет, – откинулся на подушки Кончак, – а вот Кза пойдет.

– Вам мало выкупа?

– Выкуп когда еще будет, – засмеялся Кончак. – А воины уже собраны и нетерпеливо ждут. Молодые, горячие… Я не могу обмануть их – в следующий раз не захотят идти. Ты сам не раз собирал войско, конязь, знаешь, как это бывает. Мне говорили, что тебе не помешало даже затмение солнца – повел полки в Поле. Я тебя понимаю. Когда за твоей спиной тысячи нетерпеливых воинов, поворачивать назад нельзя. Лучше проиграть битву, но не возвращаться с полпути.

В шатре опять стало тихо. Кончак взял с блюда вторую ногу.

– Какой выкуп назначили? – спросил Игорь.

– Две тысячи гривен за тебя, по тысяче за других князей, двести – за воеводу, по сто – боярина…

– Две тысячи?! Столько мои земли не дают даже за год!

– Ты ведь не один год княжишь.

– Столько все равно не собрать.

– Соберут. Вы, русские, всегда собираете выкуп.

– Но не такой большой!

– Продадите свои шелковые рубахи и золотые перстни.