Санктуарий

Однако, когда Берил Варли выходит на связь, она действует совершенно по-другому. Видимо, дело в том, что это и правда местная газета, а не «Вашингтон пост». Варли живет рядом с людьми, о которых пишет.

– Наш стажер только что сообщила мне кое-что о трагедии Уитмена, – говорит она. – Я решила, что вам это следует знать.

– Очень вам благодарна, миз Варли.

– Это гадость, но… – она неуверенно смеется, – вы ведь коп. Видели вещи и похуже. Только… почему нынешние девушки допускают подобные съемки? Они ведь должны знать, что в итоге это увидит весь интернет.

Я отправлю вам ссылку. Это… как оно там? Скриншот! Я перешлю вам скриншот, агент, потому что часто эти штуки быстро стирают.

– Вы очень любезны, мэм.

Я едва успеваю продиктовать свой адрес, как она начинает говорить снова:

– И на странице в память о Дэниеле к тому же! Просто отвратительно. Что подумает его бедная мать? Эти подростки вообще хоть немного думают о других?

Взгляды Берил Варли пришли из другой эпохи, но, думаю, они вполне подходят для популярных высказываний: всегда проще винить молодежь, а не помогать ей.

Я рисую облаченную в кардиган милую старушку – возможно, окончившую один из не особо хороших женских колледжей – когда она вставляет вопрос так непринужденно, что я чуть было не отвечаю, не успев понять, что она сделала.

– Надо полагать, Харпер Фенн не фигурирует в расследовании смерти Дэниела Уитмена, агент?

– Извините, миз Варли, но на данном этапе я не стану ничего комментировать. Вы же знаете порядок.

Глубоко вам благодарна за обращение.

Я вешаю трубку, чтобы предотвратить новые нежелательные вопросы – и ощущаю, что трубка внезапно стала скользкой. И тут до меня впервые доходит, какая колоссально-дерьмовая шумиха поднимется в СМИ, если Джейк Болт не отступится от своего заявления, а его отец продолжит его поддерживать.

В нашей стране уже очень давно никого не казнили за убийство с использованием сверхъестественных сил. Видимо потому, что последнее дело стало одним из крупнейших скандалов в судебной истории.

В полицейской академии ему посвятили семинар в качестве предостережения против ошибочного приговора – и такие истории не забываются.

Где-то в Пенсильвании в 50 годах прошлого века двоих богачей обнаружили мертвыми в постели. Никаких признаков насилия не было, так что их единственный сын получил наследство. А потом пару лет спустя какая-то девица обратилась в полицию и сказала, что этот сын хвастался, будто убил родителей, и ему это сошло с рук.