Служебный роман

Знаешь, есть в Испании такое княжество Андорра?

– Слышал, конечно, есть.

– Так вот я получил гражданство за вклад в тамошнюю науку и теперь занимаюсь исследованиями торсионных полей, правда, не цепной реакцией. Они там наслышаны страшилок о ней и категорически запретили это направление.

– Слава Богу. Значит, ещё поживём на свете.

– Я, почему звоню? Мне не хватает твоих мозгов. Такого ассистента как ты. Давай ко мне. У меня здесь отличные условия, а насчёт того, как тебе сюда доехать я уже позаботился, нужно только твоё согласие.

– Да вы, что? Я ни за что не согласен.

– Ты, что дурак? У тебя здесь будет все, что твоей душе угодно, соглашайся и не медли? – трубка внезапно разразилась короткими гудками. Глушко прервал разговор. Коперник стоял в застывшем оцепенении, не двигаясь с места и с трубкой в руке. Маша неслышно вошла настороженно и молча смотрела на него, затем, не выдержав затянувшейся паузы, стала говорить, -Кто звонил? – в ее голосе появились ревнивые нотки. Коперник молчал.

– Я ещё раз спрашиваю, кто звонил?

– А, что? – очнулся, наконец, он.

– Не, а и что, а кто звонил? – Маша уже стояла, держась за бока. Ее острые локти, как две пики, угрожающе торчали с двух сторон.

– Машенька, завтра ты можешь легко проверить, позвонив начальнику политотдела центра полковнику Чижикову Анатолию Васильевичу. Он тебе скажет то, что скажу я тебе сейчас.

– И что же ты мне скажешь? – не сбавляя категорического тембра ревности в голосе, стояла на своём Маша.

– Это академик Глушко Пётр Семёнович, он теперь гражданин Княжества Андорра.

– О, это очень интересно? И ты, конечно же, согласился?

– Конечно, согласился. – смеясь, ответил Коперник.

– Ах ты, предатель! – Маша сорвала с головы полотенце и стала гоняться за Коперником по комнате. Халат ее при этом распахивался, демонстрируя красивые линии и соблазнительные изгибы тела. Коперник, до крайности возбуждённый этими догонялками, резко повернулся и схватил Машу в свои цепкие объятия.

Глава четвертая

Учёный Совет собрался в том же составе, что и был при академике Глушко Петре Семёновиче. Его последователи сидели с недовольными лицами отдельной кучкой без своего руководителя в составе шести маститых академиков. Все они после закрытия направления остались без работы и вели свои теоретические научные труды в уютной домашней обстановке.