Синдикат Шивы. Детектив

Как только за надзирателем захлопнулся люк, тщедушный и худой, как скелет, раб, сидящий за крепко сбитым гребцом, недавно прикованным на место умершего, постучал правой рукой по плечу его. Передний резко обернулся и спросил на своем языке:

– Чего ты хочешь от меня?

– Я знаю, что ты прибыл из Востока! – тщедушный ответил на ломаном языке его страны, и продолжал, – Я знаю эту местность. Я был на острове Сицилия, и мы сможем выбраться. Другие рабы внимательно прислушивались к шепоту этих двоих гребцов, но ничего не понимали, так как были из разных стран каждый со своим языком и обычаями.

– Ты безумец! Как ты думаешь бежать?! – почти с ненавистью спросил крепыш, смерив глазами обтянутые кости темной до черноты кожей тщедушного раба.

– Мне понадобится твоя помощь. На ночь нас запирают. Ты сильный и можешь разбить шлюпку, чтобы за нами не устроили погони. Ты согласен? – тщедушный выжидательно и с напряжением смотрел в зеленые, как две оливы, глаза рабу. И тот с кривой улыбкой, смерив ребра, проступающие сквозь кожу тщедушного раба, своими широко поставленными глазами, ответил:

– Да, я согласен.

А как ты освободишь меня от этих оков?

– Увидишь. Меня зовут Кшатр. А, как ты зовешься?

– Я Айна.

– Хорошо Айна, когда появится надзиратель, попроси его подойти ко мне. Скажи, что я без сознания. Пусть подойдет.

– Я не знаю их языка.

– Ничего, позовешь жестами, пусть только подойдет. Он должен подойти осмотреть меня, затем пойдет за ключом от моего замка. Ключи у него в связке.

Дальше я буду сам действовать. Освобожу тебя, и мы вдвоем пробьемся к шлюпке. – Он вдруг наклонил голову, давая понять, что надзиратель открыл люк в трюм. Затем послышались его тяжелые шаги. Когда в сумрачном трюме глаза надзирателя привыкли к затхлой темноте пространства, он вдруг заметил, что еще свежий и крепкий раб жестом подзывает его к себе, кивая на раба, поникшего на рукояти весла. В пьяном взгляде, как два черных угля глаз надзирателя зло блеснули искорки недовольства.

– Поганец, спит?! Ну, я тебе покажу! – со злым рыком, надзиратель бросился на Кшатра, ударив наотмашь хлыстом по голой спине. Металлический набалдашник на конце хлыста с грохотом отсек от скамьи щепку древесины. Красная полоса мгновенно обозначилась, выступившей на спине кровью от содранной кожи. Кшатр не шевелился и не издавал признаков жизни.

– Да он сконал! – удивленно пробасил надзиратель и ушел за ключами, чтобы отстегнуть от цепи умершего раба.