Фаетон. Книга 1. Тир

– Да, я чуть было не забыл! – сказал молодой человек, открывая крышку ящика, встроенного в приборную панель. Из ящика он извлек листок чистой бумаги и что-то быстро написал на нем, затем вложил в конверт.

– Милая Жаннет, я вас очень прошу, передайте, пожалуйста, это вашему отцу. – Он протянул ей конверт, – Не хочу, чтобы он волновался, а мы с Омаром подождем вас. Девушка взяла конверт и выбралась наружу:

«Не мог Омара послать, – думала с обидой она – хотя с одной стороны я быстрее найду отца». Успокоив таким образом себя, она опрометью бросилась к навесу торга.

Бабушка указала ей направление, куда ушел отец с Сильвестром. Жаннет нашла их в баре уже изрядно подвыпивших, за крайним столиком в углу бара, слева от выхода.

– А- а! Жаннет! – лепетал отец пьяным языком! – С- си-ль-весстр, это моя дочь.

Сильвестр скривил улыбку и попытался что-то связать, не смог. Водка ударила, как видно, ему в голову.

– Папа, – начала дочь, – я хочу покататься на красивом автомобиле с одним молодым человеком и с Омаром.

Позволь, а? – Жаннет протянула отцу конверт, – Вот тут он просит у тебя разрешения.

Ден, казалось, мгновенно протрезвел. Он взял конверт. Жаннет тут же хотела бежать, но Ден в последний момент удержал ее за руку.

– Но папочка! – топнув от нетерпения ногой, воскликнула дочь, – Они же ждут!

– Ничего, подождут. – Медлил отец. Он неторопливо достал из конверта сложенный вчетверо листик. Жаннет нервно теребила сумочку, терпеливо дожидаясь, что скажет отец. Ден вдруг со всего маха грохнул кулаком по столу.

Дочь от неожиданности вздрогнула, закрыв лицо руками. Кружки с недопитым подскочили над столом и покатились по столу, разливая содержимое, которое из образовавшейся лужи тоненькой струйкой побежало на брюки дорогого костюма Сильвестра. Миллионер крепко спал.

– Я так и знал! – вопил не своим голосом отец. Сильвестр жевал толстыми губами, не просыпаясь. Жаннет же поспешила выбежать прочь. Перепуганная девушка разыскала старую Наа. Она возилась у Фургона, давая последние наставления грузчикам, грузивших проданных овец.

– Эй, парень, поосторожней! – прикрикнула она на грузчика, задевшего овцой дверной проем Фургона.

– Они уже не ваши. – Бросил тот в ответ.

– Походил бы за ними, как за малыми детьми, знал бы, как обращаться с бедными животными. – Тараторила она, с жалостью глядя на блеявших в фургоне, тесно прижавшихся друг к другу животных. Рабочий грохнул обшитой металлом дверью, закрыв фургон.