Непрощенные

– Не гони панику! Ты, конечно, не офицер, это заметно, но сейчас война, людям на тебя смотреть некогда. Гляди на меня и повторяй, а я потиху натаскаю.

Он оглянулся на спящего у костра Климовича.

– Ты в местных терках хорошо разбираешься? В смысле политики. Может, учил в институте?

«Тебе это не понадобится, шакал!» – покачал головой.

– Вот и я. Какие у них сейчас вожди? Сталина знаю, Берию, а эти Молотов, Каганович… Портрет покажут – поплыву. Про стройки пятилетки совсем никак…

Подбираясь ближе, я развел руками.

– Ну, и ладно, не до этого. Болтаем поменьше, воюем получше, остальное приложится. Вот такая диспозиция.

Он снова чуть отодвинулся и внезапно ринулся вперед, облапил меня своими ручищами и еще раз улыбнулся:

– Рад, Илюха! Честное слово!

Рука выпустила рукоятку штыка. Сержант подмигнул и пошел к костру. Я топал следом, разглядывая спину в промокшей гимнастерке. Темное пятно на спине было заметно даже в ночных сумерках. Светлые здесь ночи… У костра предложил сержанту поменяться дежурствами.

* * *

Олег

Проснулся я в предрассветных сумерках. На часах было без четверти два. Интересно, немец покойный перевел стрелки или это европейское время? Поди узнай! Хорошие часы мне перепали, швейцарские, стрелки и циферблат светятся. Не забывать завести – и будет счастье. Коля у костра клевал носом. Я встал, и он сразу встрепенулся.

– Все тихо?

– Так точно!

Я пригляделся. Илюха-лейтенант спал в отдалении, во сне он мычал и дергал ногами.

– Чтой-то он?

– Испужался! – пояснил Коля. – Я ночью проснулся: над нами стоит, в руке штык. «Чего это?» – спрашиваю, а он в ответ: «Волк к костру подходил!» Я: «Винтовку бы взял!» А он: «Немцы выстрел услышат!» – и отошел к костру. Я потом долго уснуть не мог: боюсь волков!

– Летом они не страшные.

– Приходил ведь!

– Любопытный! Молодой, наверное. Навоняли своими консервами! – Я пнул сапогом пустую банку.

Время до смены у меня было, и я использовал его с пользой. Сбегал к озерцу, сбросил обмундирование и голышом плюхнулся в прохладную воду. Озерцо оказалось мелким, с топким, илистым дном. Вода за ночь почти не остыла, я с удовольствием окунулся, затем растер тело ладонями. Еще б и мыло, но это уже мечты. Вволю поплескавшись, выбрался на берег и вытерся майкой – на теле обсохнет.