Зачистка

Поднявшись на него, «пулей» вбежал в крыло, где возле входа дежурил местный охранник – дядя Коля, который хотел что-то ему сказать, но Алексей молча пробежал мимо поста и бросился в переделанный под общую спальню бывший класс, где стояла его койка. Плюхнувшись на кровать, Алексей уставился в потолок, стиснув зубы, принялся, как только мог, бороться со своим чувством, сдерживая при этом в себе сильно негативные и очень гнусные эмоции от увиденного.

Когда он забежал в спальню, настолько погруженный в свои переживания, то даже и не заметил в ней сидящего Серёжку Синицина, который сам подшивал себе штаны.

Тот, отреагировав на внезапно ворвавшегося Алексея, сразу же отложил штопанье штанов, уставился на Мухина, который плюхнулся на кровать и словно ушёл в анабиоз. Выждав где-то пять минут, Серёжка спросил:

– Муха, ты чего?

И не услышав ответа, подошёл к Алексею, снова спросив его:

– Лёх, может, врача позвать?

На этот вопрос Лёха хоть как-то пришёл в себя и вяло ответил:

– Неа, Серёж, не надо, это я просто хандрю…

Серёжка из всех интернатчиков был самым нормальным парнем.

Учился он хорошо и много знал, но никогда не хвастался своими достижениями, а тем более умом, и вёл себя всегда очень сдержанно.

– Лёха, может, в кафешку сходим? Я вот сейчас заштопаю джинсы, и тогда рванём, а? – предложил Серёжка.

Предложение Синицина Алексея немного отвлекло от чувства ревности, и он подумал:

– Как раз поедим, и я, может быть, немного отвлекусь.

Только вот деньги, где взять?

Возникший в его голове вопрос он сразу же озвучил:

– А деньги, где возьмём?

Серёжка, недолго думая, так по простому ответил ему:

– Да, не переживай, ко мне мать приезжала с утра, она и передала мне пару тысяч.

– Тогда другое дело. Давай быстрее зашивай свои штаны, и пойдём. – оживился Мухин.

Серёжка заметно обрадовался, что нашёл, с кем пойти, мигом метнулся к своим штанам, заштопал их с такой невероятной скоростью, ещё быстрее собрался, и они вместе отправились на улицу.

Директор Московской школы-интерната постаралась для своих детей-воспитанников, которым требовалось проживание в школе. Она отгородила часть помещения на втором этаже, распределила туда три класса, где и стали обитать интернатчики, а порядком широкий коридор она приспособила под уголок для отдыха, где даже поместила для всех ребят телевизор.