Мастеровой. Магия и пули

 – Что вы себе позволяете?

– Извините, господа! – Федор встал и поклонился. – У меня случился спор с княжной. Не поверила, что я кинетик. Вот продемонстрировал, – он развел руками. – Каюсь, больше не случится.

– Не ругайте его, мой друг, – тронул за плечо Юсупова Гагарин. – Молодые люди любят почудить. Сами же такими были. Вы согласны, господа? – обратился он к гостям.

За столами засмеялись и захлопали в ладоши. Разговоры заметно оживились. Все принялись обсуждать увиденное.

– Я сердита на вас, князь, – сообщила Федору княжна.

– Ils ne nous ont pas appris les mani?res, – сказал он по-французски. – J'ai grandi dans un orphelinat. Dеsolе parvenu, princesse. Il dit qu'il pense. Eh bien, cela fonctionne de la m?me mani?re.

Гагарина поджала губки. До конца застолья они больше не беседовали. Лакеи подали десерт. Кто-то приналег на сладости, кто-то встал, чтобы покурить. Федор к ним присоединился, но в курительную не попал. Подскочил лакей и сообщил:

– Извините, ваше сиятельство.

– Что ж, веди! – пожал плечами Федор.

В кабинете, кроме старшего Юсупова, оказался незнакомый генерал при эполетах. Он сидел в кресле у стола. При появлении Федора встал и поклонился.

– Здравия желаю вашему сиятельству. Я московский градоначальник Константинов.

– Здравствуйте, – ответил Федор. – Князь Юсупов-Кошкин.

– Первым делом приношу вам извинения за сегодняшнее происшествие.

– Принимаю ваши извинения, – кивнул Федор. – Разберитесь непременно. Как я понял, это дело рук революционеров. Но откуда они взяли новейшие детонаторы и тринитротолуол? Да еще германской выделки?

– Тол мы видели, – удивился Константинов. – Где же детонаторы?

– За скульптурой льва, на постаменте. Я их там сложил от греха подальше. Вмиг найдете.

– Непременно, – ответил Константинов. – Мы можем террористов увезти? Ваш отец сказал: на ваше усмотрение.

– Забирайте! – хмыкнул Федор. – Сами их повесьте. Только прежде допросите хорошенько.

– Что ж, благодарю, – ответил генерал. – С вашего разрешения, откланяюсь.

– А теперь присядь, – сказал Юсупов, когда дверь за Константиновым закрылась. – Я хочу поговорить.

Федор подчинился.

– Хорошо, что согласился, – начал старый князь.