Грех – имя твое, женщина

Ты думаешь, я не знаю, как ты насмехаешься за моей спиною?

–Виталий, давай отпустим девушку и с тобой нормально поговорим? По-мужски.

Я стояла с подносом ни жива, ни мертва, надеясь, что про меня забыли.

–А я значит с тобой не по-мужски сейчас разговариваю? А ты давай к нему. Быстро, – и дуло пистолета качнулось в мою сторону. – Как тебе девочка? Нравится? – вопросы были обращены ко второму мужчине.

Я переместилась ближе к Герману, как и велел Слюсаренко.

–Причем тут это?

–А ты не помнишь? – язвительно поинтересовался мужчина, с вызовом смотря на Германа.

–Что я не помню?– удивился тот, напряженно сидя в кресле.

–Ты же у нас поборник морали, ты против насилия, а теперь посмотрим, как это же насилие будешь совершать ты сам, – радостно оскалился Слюсаренко.

–Виталий, успокойся. Не стоит делать того, о чем ты потом пожалеешь, – Герман внимательно смотрел на собеседника.

–А это мы еще посмотрим, кто пожалеет, а кто нет, – расхохотался мужчина. – Поставь поднос, – приказал он мне.

Я незамедлительно сделала все, что от меня требовали.

–А теперь подошла к нему, – Слюсаренко мотнул пистолетом в мою сторону.

Каждый раз стоило мне в прямой видимости увидеть чернеющее дуло, как все внутри переворачивалось.

–Что ты задумал? – Герман не понимал поведения Слюсаренко.

–Ну что, братишка, поиграем? – довольно произнес мужчина.

Я бы никогда не подумала, что эти двое могли быть родственниками, настолько они были непохожи друг на друга.

–Виталий, давай поговорим.

–Поздно, – мужчина упивался свой властью, которое вправе было подарить только оружие. – А ты на колени.

–Простите?!– я даже опешила от услышанного.

–Сосать сейчас будешь у нашего красавца.

–Что? – в два голоса произнесли мы.

–Что слышали, – Слюсаренко был просто счастлив.

–Виталий, угомонись, – начал Герман, пытаясь встать.

–Рот закрой и сядь, а то заставлю, чтобы ты ее оттрахал при мне. Думаешь, не сделаешь? Оттрахаешь, как миленький.

Герман молчал.

Я с надеждой смотрела на мужчину, начиная понимать, что все это не кошмарный сон, все это происходит со мной, здесь и сейчас. На лице Германа читалась борьба. Он не принимал ни одного из предложенных вариантов.

–Итак, что ты выбираешь из двух зол. Я считаю до десяти, – Виталий поигрывал пистолетом, глаза мужчина опасно блестели.